Ушаков с привычной невозмутимостью слушал обвинения перепуганного, а оттого взбешенного императора. Опять старика понесло. Знает, что не прав, но будет орать. Как же надоел его пакостный характер.

В кармане пиджака завибрировал телефон, и Андрей Иванович напрягся. Кто и по какой причине мог сейчас ему звонить, он прекрасно знал. Дождавшись перерыва в эмоциональной речи самодержца, Ушаков уважительно склонил голову и произнес:

— Мой государь, прошу прощения. Появилась информация из зоны безвременья, — он достал мобильный и продемонстрировал его монарху.

— Отвечай, — пренебрежительно дернул рукой Николай. Закинул ногу на ногу и, нервно покачивая туфлей, уставился в упор на чиновника.

Начальник тайной канцелярии принял вызов, молча выслушал собеседника, распорядился:

— Ждите дальнейших указаний, — нажал на отбой связи и вновь вытянулся по стойке смирно. — Ваше величество, войска вошли в зону безвременья. Метельская запечатала разрыв, совместно с княжичем Гоевым обнаружила и уничтожила десять древних тварей и восстановила ход времени. Угрозы для жизни и здоровья людей нет. Проводятся стандартные мероприятия по установлению обстоятельств происшествия, ведется работа с очевидцами.

— Обошлось-таки, — облегченно выдохнул Николай и без особого интереса спросил: — Жертвы есть?

— Да, мой государь, — отрапортовал Ушаков. — Среди аристократов трое: со слов княжича Али Гоева, погибли его отец, мать и старший брат. Также убито несколько воинов. К сожалению, все тела сильно пострадали, требуется идентификация. Иномирных гостей Метельская с Гоевым сложили в кучу и взорвали авиабомбой. Ученым для исследований передать нечего: от монстров ни одного фрагмента не осталось.

— Давай без подробностей. Сам разберешься, — с досадой отмахнулся Николай. — И пусть твои спецы придумают какую-нибудь удобоваримую версию. Никакого прорыва, никаких тварей не было. Дело закрыто, — припечатал он веско.

Ушаков исподтишка глянул на императора. Отличная позиция. Текущая проблема ликвидирована — а дальше хоть трава не расти. Совсем старикан из ума выжил.

Внезапно его пронзила догадка: здесь явно что-то другое. Николай никогда дураком не был.

Одернув полы пиджака, словно тот начал жать, Андрей Иванович уважительно поклонился:

— Как прикажете, ваше величество.

— И да, Метельскую наградить бы. Ну и грандмастера не помешает. В третий раз, — государь поморщился. — Ступай. Позже все обсудим. Устал я что-то, — старик машинально потер грудь с левой стороны.

— Всего доброго, ваше величество, — Ушаков с поклоном удалился.