и маслами. Старик, заметив мой испуганный взгляд, ободряюще улыбнулся. — Не волнуйтесь, леди Кристен. Это последствия жара. Скоро все придет в норму. Кристен. Он назвал меня Кристен. Я не понимала, о чем он говорит. Да и сложно вообще было что-то понять. Лекарь снова повернулся к лорду. Он прокашлялся, набрался смелости и произнес фразу, которая расколола мой мир на до и после. — Осмотр подтвердил мои догадки, милорд. Никаких сомнений. Поздравляю вас. Ваша жена беременна. Комната качнулась. Два слова прошили меня насквозь. Жена. Беременна. Я? Чья-то жена? Жена этого незнакомого мужчины у окна? И я… беременна? Как? Этого не может быть. Это абсурд. Бред! Лорд не шелохнулся. Его челюсть напряглась так, что на щеке проступил желвак. Взгляд, которым он впился в меня, не содержал ни капли радости. Только холод и… что-то похожее на брезгливость. — Вы… Вы кто такие? — надеюсь, мое лицо передает весь мой ужас. Мужчина перевел взгляд на лекаря и вскинул бровь, а тот хмуро посмотрел на меня, подошел ближе и положил ладонь на мой лоб. Неожиданно прикосновение расслабило, и я прикрыла глаза. — Кажется, у леди временно потеряна память. Что весьма странно, учитывая, что она просто потеряла сознание из-за духоты. Я внимательно слушала его и даже не пыталась перебить. Моя память не была потеряна, я все еще прекрасно помнила, кто я такая, но любая информация будет не лишней. — Что значит потеряна? — холодно спросил мужчина и вперил в меня убийственный взгляд, будто я сама сидела и вычищала все свои воспоминания из головы. Резко стало холодно, я вцепилась слабыми пальцами в одеяло и натянула его до самого подбородка. — Леди, что вы помните из последних событий, — мягко поинтересовался второй мужчина, но я качнула головой на его вопрос. — Может быть, из детства? — Ничего. Я ничего не помню. И не знаю, кто вы такие. Мужчины переглянулись, и взгляд одного из них был убийственным. — Сделай с этим, что-нибудь. 2 — Думаю, что нам не о чем волноваться, милорд. Явных повреждений у госпожи нет, а значит потеря памяти вызвана эмоциональным потрясением или… В общем, это пройдет. Я выдам рецепт на настойку, — он потянулся к чемоданчику, выудил оттуда листок и ручку, а затем принялся что-то писать. — Пусть принимает дважды в день. Это важно. Простимулируем память и она восстановится. Лекарь, довольный собой, собрал свою сумку и поклонившись тихо вышел. Тяжелая дверь закрылась, отрезая меня от единственного доброжелательного человека в этом странном, удушающем пространстве. Я осталась наедине