— Что с голосом, внучка? Тебя кто-то обидел?!

— Нет, дедушка! Кто мог меня обидеть?! Хех… хе-хе… — буксовал голос красноволосой.

— Если кто тебя обидит! Он умрёт! — прокричал в динамик старик, и Томас его услышал.

— Дедушка сказал, чтобы ты меня не обижал. — посмотрела Юна на Томи.

— Не обижу. — ответил юноша.

— Внучка?! — ещё висел на проводе старик. — Ты с кем там?!

— Это продавец, — забегали глаза у красноволосой. — Продавец, дедушка!

— А ну-ка дай ему трубку!

Красноволосая состроила ангельскую мордочку и передала юноше телефон.

Томи зажал пальцами нос и ответил не своим голосом:

— Халлё!

Юна засмеялась, прикрывая ротик ладонью.

— Ты продавец? — не понял Оридзава, ожидая услышать голос Роджерса.

— Дёбрый вечир, гутен абенд, йа, даст ист продавец.

— Чёртовы немцы, — пробурчал старик. — У вас в магазине безопасно?

— Йа, хер, олл гуд!

Оридзава скривился в своём поместье от неприятного звучания немецкой речи:

— Передайте трубку моей внучке.

Томас протянул трубку, но красноволосая отмахиваясь рукой, сдерживала смех и была не в силах говорить…

— Юна, — сказал глава клана в динамик. — Будь осторожней.

Девчонка собралась с силами:

— Да, дедушка. Я люблю тебя.

Старик улыбнулся, сидя в кабинете:

— И я тебя люблю, моя драгоценная. Отдыхай.

— Спасибо, дедушка. — Юна склонила голову хоть старый Оридзава и не видел.

Старик отключил связь. Красноволосая же посмотрела на кушающего Томаса.

— Ну ты и дурачок. — безобидно произнесла девчонка.

— Зато весело, — улыбнулся юноша.

Юна, с хорошим настроением, принялась за еду…

…Вечер подошёл к концу. Ребята накушались, спели кучу песен. Юне очень понравилось, да и Томи поднял своё настроение. Пришло время собираться на выход:

— Может… сбежим от охраны? — улыбалась ещё не отрезвевшая красноволосая, у неё давно не было такой эйфории и игривого настроения.

— Вообще, — краснели щёки Томаса от выпитого алкоголя. — Это плохая идея… но я не против…

— Тогда давай свою кофту…

Юноша ухмыльнулся и снял чёрную водолазку, оставшись в одних штанах.

Глазки Юны внимательно смотрели на его тело, подтянутые мышцы, она незаметно сглотнула слюну и забрала водолазку:

— Отвернись… — проговорила Юна с плохо скрываемым смущением.

Томи отвернулся. Красноволосая сняла свою персиковую толстовку и быстро накинула чёрную водолазку.

— Держи, — протянула она свою кофту.

Томи посмотрел на персиковую одежду, вздохнул, но надел свитер на голый торс.

— А теперь полотенце, — игриво произнесла Юна, повязывая на голову чистую ткань. — Ты выйдешь первым, я за тобой.

— А потом? — обвязывал Томас волосы.

— Я просто пойду за тобой, — улыбнулась Юна с полотенцем на голове.