Беседин кивнул.

— Да, к шестнадцати вернусь. Илья Сергеич, номер, с которого звоню, можете пробить? И все его контакты? Рэкетир местный. Мешал отдыхать. Ну кого я убила хоть раз, скажите, Илья Сергеич? Так, слегка порихтовала габариты. Вы только контакты пробейте, потом сама их построю. Спасибо. Буду вовремя!

В пустынном бутике женского белья продавщица Марина откровенно скучала. Степана она вспомнила сразу и не без удовольствия. Благосклонно кивнув, без капризов согласилась «быстренько» помочь. Очень ей нравилось помогать, когда полки пустеют на глазах.

Однако даже с посторонней помощью обещание «вернуться к четырем» оказалось под угрозой срыва — выбор платья затянулся. А когда этот выбор совершился, он повлек за собой выбор туфель, сумочки, а также содержимого сумочки. И еще кое-чего по мелочи, заодно — раз уж такая оказия случилась.

Стандартная ситуация. Ничего нового, а тем более особенного, в этом процессе Беседин для себя не обнаружил. В результате сомнений и метаний было куплено платьев два, туфель три, а нижнего белья, в связи с нехваткой времени, целая кучка, полный пакет разных фасонов и расцветок, чтоб наверняка. Так решил Степан, и Марина, золотая рыбка, легко желание исполнила.

— Ого! — пробормотала Ася в такси, разглядывая чеки. — Ого-го, как я тебе дорого обхожусь. Выигрыша явно не хватило. Но я отдам, ты не думай! У меня тоже монеты есть. И камушки. И еще кое-что.

— Откуда дровишки? Ты же в рейды не ходить, дома сидишь, — хмыкнул Беседин.

— В рейды не хожу, — согласилась она. — Бабушка против. Говорит, зарабатывать надо руками, своим трудом.

— Логично, — иронии в его голосе не было. — Мудрая у вас бабуля.

— Я с ней не спорю. Но места знаю! — хитро прищурилась Ася.

— Тогда откуда богатства?

— Так интересно было на клады посмотреть. И ощутить себя Хозяйкой Медной горы. Без ведома бабули.

— Ощутила?

— Ага. Забавно! Но кто удержится просто посмотреть? — она развела руками. — Взяла, конечно, кое-что. Так, на память.

— И на черный день?

Она кивнула:

— Короче, взяла. Обналичить пока не удалось, честно говоря. Это стремно и не к спеху.

— А шмотки? — он ткнул пальцем в пакет. — Любимое женское развлечение.

— Для кого мне дома в модных обновках щеголять? Да и нельзя в поселке выделяться.

— Послушай, девушка из деревни, — снисходительно изрек Степан. — Ты, насколько я понимаю, собираешься работать с ФСБ.

— Ну да.

— А у чекиста все должно быть прекрасно: и душа, и тело, и трусы.

— С чего это взял? — она подняла бровь.

— Из устава ФСБ, — Степан был невозмутим. — Там еще что-то говорилось про горячее сердце и красивые ноги. Но за ноги тебе можно сразу, без разговоров, полковника давать.