В помещениях вообще не имелось компов, даже слабых, встроенных в оборудование. Абсолютно всё управление техникой строилось на неизменяемой логике или ручном управлении. Тот же робот уборщик мог только убирать каюты по намертво вшитой программе. Меню синтезатора пищи ограничивалось набором всего в четыре десятка блюд. Так функционировала любая техника, доступная пассажирам. Прохода из одного пассажирского отсека, где расположились демоны с детьми, в другие, вообще не существовало. Отсутствовали даже аварийные проходы. Что ещё больше удивило Саша, когда он разобрался во внутренностях с помощью своих сканеров, аварийные проходы отсутствовали не зря. Отсек сам по себе представлял большой прыжковый бот. Пока к пульту управления и отсеку с двигателем доступ отсутствовал, но дверь с соответствующим обозначением имелась в наличии. Вот только запиралась она на обычный механический замок. Открыть его без ключа невозможно, а ключ явно появится только в случае аварии.

Учитывая особую цену псионов в государстве, секретность доступа к школе, где их готовят, всё равно походила на параноидальную. Тот, кто это всё придумал, как мог, ограничивал доступ к информации. Именно поэтому для доставки использовался автоматический корабль, и пассажиры изолировались от любой электронной техники, где можно что-то изменить или записать.

Детский отсек разделялся на две связанных части. В одной располагались девочки, в другой мальчики. Саша с Ирисаной это совсем не напрягало, но он решил разбить группу по-другому. Разделили детей по возрасту, а не по полу. Старшую группу взял на себя Саш, а младшую — Ирисана. Симон обещал по очереди помогать им. Полёт начался вполне буднично. На следующий день дети уже даже не замечали, что они куда-то летят. В этом имелась значительная часть заслуги демонов.

Ирисана завоевала интерес у всех детей за счёт рассказывания удивительных историй, а Саш покорил детей показом двух, адаптированных к человеческому телу, тренировочных танцев демонов. Танец огня с его непредсказуемыми и мгновенными движениями, создавал резкий контраст танцу змея, с медленными и тягучими движения тела в различных плоскостях. Дети, открыв рты, заворожённо смотрели на невероятные и красивые движения тела Саша. Только Симон понял, что это такое. Тренироваться в танце, да он даже подумать о таком не мог. Он просто жутко жалел, что у него отобрали комп, и нет возможности создать запись. Запомнить все движения просто нереально, а ведь кроме движений существовало ещё дыхание и концентрация. Саш с понимающей улыбкой следил за мучениями, проступающими на лице учителя боя. Он специально выбрал эти тренировочные комплексы низшего уровня, прекрасно подходившие для человеческих тел.