Так прошло ещё часа три. И на моё огромное удивление за это время на нас никто не напал, не попытался ограбить или сожрать.

Офигеть, неужели моя «удача» начала халтурить? Я ожидал, что именно эта ночь окажется самой тяжелой.

Правда стоило мне об этом подумать, как вдали я заметил нечто подозрительное. Впереди виднелся дым. А когда мы подошли поближе, то я смог разглядеть и несколько повозок. Кин, казалось, только сейчас заметил всё это, так как он на мгновение замер, словно бы решаясь, стоит ли идти дальше?

— Как думаешь, что там? — спросил я, продолжая идти вперед.

— Кажется небольшой караван, но на привал это не похоже. Может быть не пойдем туда?

— В смысле? Тут же одна дорога. Куда мы тогда пойдем? — усмехнулся я.

— Н-ну да, но что если там засада? Или что-то вроде того? Что мы тогда будем делать? — Клацая зубами, проговорил Кин.

— Не знаю. Посмотрим для начала. Вдруг там кому-то требуется помощь.

— Как же плохо ты разбираешься в нашем мире — обреченно произнес он, — Оказывать помощь непонятно где, непонятно кому, и неизвестно в какой обстановке… Эх, и угораздило же меня с ним связаться. — Последняя фраза явно не для меня предназначалось, но я услышал его бормотание.

Чем ближе мы подходили, тем яснее становилась картина. На дороге стояло несколько разрушенных повозок. Одна из них дымилась. По округе были разбросаны немногочисленные вещи и на этом всё. То есть на караван, очевидно, напали и разграбили. Скорее всего, несколько часов назад. Только вот поблизости не было ни одного трупа. Интересно, куда их дели? Может быть, похоронили уже?

Когда мы приблизились вплотную, я точно смог определить следы битвы. Но ощущение было таким, словно здесь после этого специально прибрались.

— Ну? Что скажешь теперь? — обратился я к своему спутнику, желая услышать его мнение.

Кин пожал плечами, разглядывая порушенные повозки и заговорил:

— Да чё тут говорить. Караван очень маленький. Видимо они не далеко собирались. Возможно как раз в Пьяные бугорки. У больших и дальних караванов всегда охрана на уровне. А здесь… видимо совсем слабенько было.

— Ага. А почему ни одного трупа нет? — посмотрел я на него и только что он понял, что это действительно ненормально. Не будут же бандиты хоронить тех, кого только что ограбили и убили.

— Э-э… — протянул он, по новой осматриваясь по сторонам. — Это странно. Я… я не знаю.

Я прошелся между повозок, осмотрелся в округе, заглянул внутрь и ничего толком не нашел. Практически всё вымели подчистую. Было лишь несколько окончательно испорченных вещей, либо прожженные, либо в клочья разодранные.