— Похвально, — хлопнул я в ладоши, — но как ты собралась это делать с отрезанной связью?

— Отрезанной? — замерла рыжеволосая и покосилась на рану на плече, — а, ты об этом. Как отрезала, так и восстановлю.

— У тебя есть прямой доступ к Ядру Обители? — настал мой черед удивляться.

— Конечно есть, я ведь преемница, — не поняла моей реакции Камилла и, закончив сборы, изящным круговым движением открыла проход.

Изящный рукотворный портал, сотканный из чистой энергии, залил своим теплым светом все пространство.

Рыжеволосая уже намеревалась туда шагнуть, как я остановил ее за плечо.

— Если хочешь уговорить меня остаться и дать показания, не утруждайся, — без улыбки произнесла Камилла, — без доказательств это не имеет никакого смысла, ведь на голосовании им удалось обмануть даже взор Аргуса.

— Знаю, поэтому я иду с тобой, — невозмутимо объявил я и ловким движением взял девушку на руки.

Возмущенно запищав, Камилла начала брыкаться в тщетных попытках выбраться.

Ее запала хватило ровно на минуту, спустя которую рыжеволосая тяжело вздохнула и повернула на меня осуждающий взгляд.

— Согласна, в тот раз я сглупила и выдала свое присутствие. Сейчас же все, как и ты, думают, что я отрезана и не смогу вернуться, и мне будет куда проще скрыться. Я видела ее, Маркус, эта поганая самозванка использует нить Аглаи, но на это у нее уходит очень много сил. Октавия мне не опасна!

— А Астрид? — кивнул я на рану на обнаженном плече.

— Я сильная! Как-нибудь справлюсь! — буркнула Камилла и предприняла новую попытку вырваться.

Разумеется, безуспешную.

— Вообще-то, этот портал проходит через ядро Обители! Можешь сколько угодно строить из себя всезнайку, но ты не сможешь…

— Славно, всегда мечтал там побывать, — полностью игнорируя вторую часть фразы, улыбнулся я и шагнул внутрь вместе с брыкающейся поклажей на руках.

* * *

Все вокруг тут же заполонил белый свет.

Все чувства исчезли, и им на замену пришла блаженная теплота. Теплота, которая начала плавно перерастать в жжение.

Только горело не тело, а разум. Жгучее тепло атаковало, вгрызаясь в сознание раскаленным огнем, и пыталось стереть меня.

Белый свет становился ярче и ярче, но в один момент все вокруг вдруг начало сначала тускнеть, а потом и вовсе чернеть. Постепенно душераздирающее тепло и свет отступили окончательно, уступая место холоду и кромешной темноте, в далеких недрах которой моргнул любопытством иссиня-черный зрачок.

— Эй, Маркус! Маркус! Ты в порядке⁈ — донесся до сознания приятный женский голос, и я открыл глаза.

И тут же увидел перед собой тяжело дышащую девушку с обеспокоенным взглядом, которая теребила меня за грудь.