Лучше всего получилось с жёлтыми кристаллами из разломов орков: тридцать штук ушли по триста с лишним тысяч каждый. То есть только они принесли мне десять миллионов, при этом их у меня осталось больше сотни. Всего же я слил товара (преимущественно ювелирки) на двадцать восемь миллионов и купил на них… Ни хрена не купил. Оставил до лучших времён. Которые, как я отчаянно надеялся, наступят по приезду в Угрент.

* * *

— Я вам реально говорю! По всему центру висят! — Тринч сделал несколько жадных глотков и продолжил: — Хоббитов с людьми примерно поровну, но даже нескольких гномов видел!

— Ну а чего церемониться? — пожал плечами Лакрад. — Тех, кто поважнее, сейчас допрашивают, остальных сразу в петлю. И кормить не надо, и люди порадуются.

Мы расположились на полу в номере дешёвой таверны. И несмотря на то, что трапезу с нами делили тараканы размером с мой большой палец, здесь оказалось гораздо спокойнее, чем в охраняемом госпитале. И тем более, чем в «Дарах холмов».

— К своим забегал? — спросил я у Тринча.

— Конечно! — расплылся в улыбке мужик, что сегодня весь день помогал Лакраду помогать мне. — Комнатушка мелковата, зато соседи хорошие. Детишки себе друзей нашли, так что теперь им повеселее. Сегодня грамоту за зачистку катакомб показал, так жена впервые за неделю даже не всплакнула. А то всё по хозяйству брошенному убивалась.

— Кроме грамоты хоть дали чего? — разливая пиво, спросил я.

— Да нормально дали, но мы и так не бедствовали, — улыбнулся Тринч. — Тут сам факт, что муж при деле. А когда узнала, что я теперь в пункте вербовки работаю…

— Поцеловала?

— А в той конуре больше ничего и не сделаешь. По два человека на квадратный метр.

— Это прекрасно! —я поднял кружку, но выпить мы не успели…

С улицы донёсся громкий удивлённый крик… Потом его подхватило ещё несколько человек, а через пару мгновений от шума задрожали стены.

— Что там? — вскочил на ноги Тринч, а Лакрад уже открывал окно.

Сначала трудно было что-то разобрать. Угадывалось только одно слово: «Орки».

А потом всплыло второе: «Уходят».

В эту же секунду дверь сотряслась от мощного удара. Следом грянул зычный пьяный рёв:

— Мужики! Орки уходят!!!

Потом кулак шарахнул и в соседнюю дверь.

— Орки уходят!!!

И ещё удар, и снова крик.

Как минимум в этой таверне в безызвестности не останется никто.

Мы прикрыли окно и снова расположились на полу.

— За победу! — я поднял кружку.

— Илья, — голос Лакрада изменился. — Ты понимаешь, что если бы стена рухнула, эти люди сейчас не вопили бы от счастья, а лежали бы мёртвыми, и по их разорванным телам топтались бы зелёные твари.