— Я не умею!

— Вот этим вот так! — я показал, как работать вожжами. — А вот этим вот так, — и опустил кнут на спину скальнику. — Только не переборщи, чтобы они постромки не порвали.

— Чего не порвали?

— Не важно.

Я передал рабочие инструменты Визе, а сам соскочил на землю и, обогнув карету, стал троллем. Ну погнали!

Я не видел реакции скальников, но довольное урчание до меня всё же донеслось. Ещё бы! Они уже думали, что хозяин их сгнобит, а тут — бац! — и давящая на плечи и ноги тяжесть почти пропала.

— Ускоряемся! — простучал я и, упёршись каменными руками в заднюю стенку кареты, перешёл на бег.

Медленный, но бег.

По счастью, способность понимать языки всех рас Виза не потеряла и в этом облике.

— У меня получается! — радостно крикнула она, а сразу следом свистнул, звонко щёлкнув, кнут. — А им не больно?

— Нет! Им приятно!

— Хорошо! — кнут снова свистнул, и в этот момент грянул выстрел.

Я резко вскинул голову и передумал ругать Кирпичика за торопливость. Увидь я такое сам, тоже сразу выстрелил бы.

Дриад заменили пегасы. Разумеется, с такими же злобными рожами, клыками и красными глазами без зрачков. А ещё на их спинах восседали зомбо-эльфы с острыми мечами.

Кирпичик не промазал ни первым выстрелом, ни вторым, причём умница бил именно в крылатых коней. А вот дальше начались проблемы.

Пусть выживших атакующих было всего шесть пар, но у нас тупо не хватало рук, лап и крыльев, чтобы с ними сражаться.

И оружия.

— Виза, мочи!

Питомица не ответила, но уже через секунду в небо рванула чёрная тень, причём увеличенного размера.

Кирпичик пытался перезарядиться, а я открыл инвентарь и выхватил оттуда дубину.

— На! — рассекая воздух, дубина унеслась вверх и с треском врезалась в уже подлетевшего совсем близко пегаса.

Пара противников рухнула, а я с грустью наблюдал, как дубина отскочила в траву. Бежать за ней времени не было, да и терзали смутные сомнения по поводу безопасности нахождения на зелёном газоне.

Бах! — Кирпичик справился и снял ещё одного крылана. Виза тоже не отставала и располосовала другого, причём сразу и скакуна, и наездника.

В моих же руках появился большой топор. Да. Вообще не люблю это оружие и навык владения им у меня на неприлично низком уровне. Но не обязательно же рубить, так? Можно ведь и бросить!

Не желая терять последнее метательное оружие, я прекратил толкать, немного приотстал от кареты и выбрал пегаса, который собирался атаковать скальников.

— Лови!

В детстве я как-то читал про индейского вождя Чингачгука, большого профи в метании томагавков. Вероятно, если брать в пропорции, то его орудие примерно соответствовало моему, когда я швырял его в облике тролля.