— Прошло? — услышал он тот же странный шепот, после чего резко сел на постели и огляделся по сторонам.
— Кто здесь?
— Врачи…
В тот же миг в комнате зажегся свет, заставив Дмитрия зажмуриться, и в палату действительно вбежало несколько докторов. Среди них был и Альберт.
— Да хватит уже. Я в порядке! — с долей раздражения воскликнул Лесков, отстранив от себя рукой самого назойливого доктора. — Что вообще происходит?
Он удивленно посмотрел на провода, тянущиеся от его руки к аппарату, а затем перевел непонимающий взгляд на Вайнштейна. Выражение лица друга было сейчас зеркально идентичным его собственному. Казалось, Альберт тоже находится в растерянности.
— Все приборы чуть с ума не сошли, а сейчас все в порядке, — тихо проговорил он. — Как ты себя чувствуешь, Дим?
— Нормально я себя чувствую. Что я делаю в больнице?
Альберт приблизился к Лескову и, внимательно глядя в его озадаченные синие глаза, спросил:
— Ты ничего не помнишь?
— Я помню…, - Дмитрий прервался. Действительно, а что он помнил? Помнил вылазку, помнил, как они вернулись, как дошли до лифта. А дальше он провалился в сон. Наверное, так устал, что и не помнил, как дотащился до постели. Или же нет?
— Я заснул, — неуверенно произнес Лесков.
— И проспал четверо суток, — договорил за него Вайнштейн. Заметив, как Дмитрий переменился в лице, он положил руку ему на плечо, словно желал поддержать. Но на самом деле Альберт хотел понять, что происходит с энергетикой этого полукровки. Теперь она была не такой шершавой, но все-таки до прежней ей было еще далеко.
— Почему это случилось? — севшим голосом спросил Дмитрий. — Дело в «Эпинефрине»?
Альберт не ответил. Сейчас он полностью погрузился в свои ощущения, поэтому голос Лескова донесся до него, словно из-под толщи воды.
— Тебе было больно…, - еле слышно произнес он, глядя куда-то в стену пустыми глазами.
— Да, меня ломало, — нехотя признался Дима. — Как в детстве, помнишь?
— Не как в детстве…
Затем, словно сбрасывая с себя оцепенение, Альберт тряхнул головой и уже более решительным тоном произнес:
— Ты больше не будешь использовать сыворотку. Если, конечно, ты хочешь жить.
Глава IV
После разговора с Альбертом Дмитрий чувствовал себя так, словно его окатили ледяной водой. Мысль о том, что он проспал четверо суток, показалась ему жуткой и неестественной одновременно. Ситуация напоминала какой-то злой розыгрыш, после которого все якобы должны были расхохотаться, вот только никому из участников не было смешно.
После ухода врачей Лесков полчаса провел в душе, подставляя лицо горячим струям воды, словно желал смыть с себя столь ужасающую новость. И самым страшным во всем этом было то, что Дмитрий даже не помнил, как всё произошло. Его организм словно выключился, точно компьютер, который выдернули из розетки. Ему чертовски повезло, что все случилось, когда группа была уже практически на базе. А если бы он отрубился в Адмиралтействе или, что еще хуже, посреди улицы?