Вместо этого я засунул руку в мешок с трофеями и начал перебирать подарки леших. Как же всё хорошо и душевно было всего пару дней назад! Простая и понятная бойня с упырями, весёлые торги с группировкой леших на улицах разрушенной деревни... Даже поляницы уже не казались такими неприятными спутницами!

Может потому, что они были живыми? Нормальными, пусть и со своими тараканами? А сейчас что?

Пальцы перебирали трофеи. Какие-то из них я помнил, а какие-то так и остались в памяти бесполезными безделушками. Где-то там прятался опасный для любого представителя мужского пола кинжал. Один случайный порез...

Я медленно вытащил руку из мешка и зло усмехнулся. Хрен вам! Я ещё заставлю весь этот мир дрожать от звуков моего имени! И обычный и оба соседних слоя! Нужно только понять как отсюда выбраться.

Странная апатия быстро отступила, словно испугавшись моих мыслей. Это было настолько необычно, словно я вынырнул из холодного омута. Вокруг было по-прежнему темно, но теперь всё окружающее воспринималось совсем иначе. Тени стали более резкими, а глаз начал различать движение вокруг.

Я крепко сжал кулак и неожиданно понял, что держу в нем какой-то предмет. Тусклого лунного света оказалось достаточно, чтобы узнать ставку одного из леших. Я даже помнил, как этот лесной гигант долго и мучительно сомневался, прежде чем расстаться со своим сокровищем.

Грубая деревянная поделка умиротворяюще отсвечивала зелёным светом. По невзрачной фигурке бежали тонкие нити изумрудного света, которые совершенно меняли её внешний вид.

Невнятные черты статуэтки обрели чёткие грани. Сияние удивительным образом подчеркивало мелкие неровности, превращая их в тщательно выверенные детали образа. Что-то подобное могли делать современные художники из моего мира, когда использовали трёхмерную подсветку своих произведений. Как подобного эффекта мог добиться деревянный обитатель дикого леса я не представлял.

Изумрудное сияние создавало сферу спокойствия диаметром около полуметра. Я осторожно положил статуэтку на землю и свет тут же погас. Снова навалилась апатия и безысходность, словно сам этот мир тянул из меня силы и желание жить.

Я немедленно схватился за поделку, как за спасательный круг. Я готов был полностью обвешаться такими амулетами, если бы...

Содержимое мешка немедленно полетело на землю. Рука с зажатой в ней поделкой леших слегка подрагивала. Я точно помнил, что подобная штука была не одна. Если это так, то я хотя бы себя смогу держать в тонусе, а там уже и придумать что-то можно будет.

Среди кучки артефактов нашлись ещё четыре статуэтки. Одна такого же размера и три поменьше. Все изображали леших разной степени зрелости. Возможно даже разного пола, но в таких нюансах я не разбирался.