Узнал я также, что на государственной работе подсиживали все и вся, без исключения, и что им тоже приходилось идти по головам, нисколько не стыдясь и не смущаясь. Таков был путь к успеху и к тому, чтобы твои усилия заметили все те, кто находился выше.

В своём рассказе Чарли также щедро сыпал именами, событиями, терминами, которые, по его мнению, я наверняка должен был хорошо понимать. И дабы не разрушать создаваемый образ, я ему понимающе поддакивал, подгоняя жестами и внимательно слушая.

Когда он дошёл до момента её ухода, связанным с делом о закрытии незаконного медицинского притона, к нам подошла Мари и предложила.

— Господа, хотите ли сыграть с нами в командный покер? Там группы почти собраны и для вас есть местечко. — изящным движением своих тонких ладоней она перебросила карты из руки в руку и махнула в сторону столов.

А там уже вовсю разложились девчонки, командуя и озвучивая правила азартных игр. Ничего сверх-сложного, классические — рулетка, карты, кости в различных вариациях. Частично с настоящим реквизитом, частично с гало-проекциями. И судя по тому, как оживлённо раздавались голоса, играли тут конечно же на деньги.

— Благодарю, Мари. Мы с Чарли пока что воздержимся. Передавай от меня привет Белле и Яре. — поклонился я черноволосой красавице, вгоняя сидящего напротив меня ковбоя в ещё большее уныние.

Выглядело это так, что о рассказываемых девушках я был в курсе и будто проверял самого Чарли. Вот бедолага. Ну ничего, пусть попарится. Не всё же ему народ напрягать.

Отпустив Мари к играющим, я не мог не оценить и её грациозную походку, и жесты, и всё прочее, что делает девушку манящей и притягательной. И если в доме они в естественности своей выглядели великолепно, то принарядившись и накрасившись, сердца и мысли сносили влёт. А уж в словах своих и вовсе проникали в душу, дразня и смущая. Мужчины от них так и млели.

Как я и догадывался, самый цвет, в лице Беллы, Мари и Яры, пошли обслуживать ковбоев. Герда же с близняшками остались развлекать рабочую часть населения Светлозёрска. И только Елизавета за барной стойкой своим ястребиным взором следила за процессами, дабы всё шло как надо. Пару раз её холодный взор и окрик уже остудил особо молодых ребят, решившихся тишком облапать дам, когда их попросили так не делать, а в остальном же всё шло весело и мирно.

Народ играл, проигрывал, выигрывал и вновь играл.

Да я и сам хотел уж было дальше терзать свою игрушку в лице ковбоя Чарли, но тот прижал палец к уху, внимательно прислушался и вслух пообещал кому-то прийти. На поднятую бровь он мне объяснил.