«Почувствуй положение своего тела. Почувствуй пространство, которое тебя окружает Звуки вокруг только помогают нашему процессу Почувствуй одежду на своём теле Где-то она прилегает плотнее, где-то свободнее Почувствуй своё дыхание На вдохе воздух прохладнее. На выдохе теплее. С каждым вдохом ты погружаешься глубже вовнутрь себя В пустоту… Пустота слева. И пустота справа. Пустота спереди. И пустота сзади. Пустота сверху. И пустота снизу. Пустота вне тебя. И пустота внутри тебя. Ты и есть Пустота.»

И очутившись в этой пустоте, я открыл глаза.

Пространство надо мной и вокруг, как и в первый поход, оставалось всё таким же бесконечно чёрным. И стоило посмотреть за спину, как меня встретила та же череда дверей. На этот раз к ним я подходил с вороном на плече, который на контрасте с местом выглядел особенно белым, даже немного сияющим.

Указав крылом на самую первую дверь, он спросил.

—Ты говорил про эту?

— Да, я имел в виду именно… — и тут я осёкся, уставившись на своего помощника. — Ты не каркаешь⁈

—В пространстве мыслей можно сразу обмениваться мыслями, — смиренным был его ответ.— -Так что же, эту выбираешь?

— Эту. — кивнул ему и уж хотел за рукоятку взяться, как он меня остановил.

—Не так. Ладонь на дату положи и выбери, какой отрезок жизни хочешь посмотреть. Для безопасности рассудка доступен срез в пять лет.

— Угум. — ответил ворону, а сам задумался конкретно.

Всего пять лет было чертовски мало. Какой срез жизни нужно было выбрать, чтоб опыта на максимум набраться, я не знал и начал рассуждать. Период детства сразу можно отмести, там вряд ли сыщется подходящее. Конец жизни манил интересом, ведь смерть под пятьдесят и внешний вид двери со следами от засохшей крови указывали на то, что не от старости он умер, а боролся. Может даже воевал.

—И поторопись. На срез воспоминаний потратим времени в два раза больше. — вмешался в мысли ворон.

Доверившись чутью, я всё же выбрал серединку, от двадцати пяти, до тридцати, чтоб прям наверняка расцвет всей жизни зацепить. Закрыл глаза, сосредоточился и дверь будто сама со скрежетом приотворилась.

А за ней…

Мощнейший взрыв меня почти-что оглушил!

Но даже сквозь него громоподобный рёв крепко сложенного мужчины донёсся до моих ушей.

— В день рождения моего сына?!!! Ах вы убл*дки!! — и без шуток, этот здоровенный мужик просто взял поперёк широкий обеденный стол и метнул его через богато обставленное помещение в запрыгнувших через взорванную брешь людей. Затянутые в чёрные костюмы и плотные маски, каждый из них был укутан какой-то едва различимой дымкой и только через пару секунд я осознал, что это были их сущности. Просто Сергей Кравец видел их куда более скудным взором, чем я. — Толя! Серёгу прикрой!!!