— Я, конечно, очень извиняюсь, но вы идёте? Это же вам надо, а не мне. Вы сами пришли, чтоб поговорить.

Мафиози в ответ на мои слова переглянулись, а затем всё-таки сдвинулись с места, двинувшись следом за мной.

Через пять минут мы уже сидели в кабинете Джиро. Вернее, я сидел, они стояли.

Просто когда вошёл в комнату, сразу плюхнулся на свободный стул. А эти двое замерли рядом, глядя на меня сверху вниз. Такое положение, честно говоря, напрягало. Я пару секунд подождал, понял, что садиться больше никто не собирается, и тоже поднялся на ноги.

— Неудобно на вас смотреть. — Пояснил я коротко якудзам. — Только, пожалуйста, если не сложно, можем мы сразу перейти к делу?

Макито тихо пшикнул себе под нос. Я не понял, если честно, что это было: смех или возмущение.

— Хорошо, Адачи-сан. — Снова заговорил первый якудза, который Кэзуки.

Вежливо заговорил, культурно. Ну точно издевается. Где это видано, чтоб опасные криминальные элементы вели себя, как интеллигентные девицы Смольного.

— У тебя имеется брат. Он — полицейский. Все верно?

Я молча кивнул. Начало разговора не понравилось мне сразу. Хотя бы потому, что в нём фигурирует мудак-Кэзухиро. Конечно, сам Такито его таковым не считал, это понятно. Оценка старшему брату была дана лично мной. Отталкивался я в этом вопросе от воспоминаний предшественника.

— Очень хорошо. Ну так ты ему скажи, что мы заходили и очень настойчиво просили передать следующее. Полицейский должен соблюдать закон, а не нарушать его. Это — неправильно. А полицейский, который не только нарушает закон, но и берет без разрешения чужое — это даже не глупо, это опасно. Не для него самого. Для семьи. Запомнил?

— Да. — Я «держал лицо» и не показывал виду, как меня напрягает вся эта беседа.

То есть мой придурок братец от своей жадности и тупости додумался обворовать якудзу? Так, что ли?

— Я снова дико извиняюсь, но не могли бы вы уточнить, ваши слова можно расценивать, как угрозу? Просто если это так, то, может быть есть смысл озвучить ее напрямую Кэзухиро?

— Нет. — Якудза покачал головой. — Боюсь, напрямую Кэзухиро-сан не оценит серьёзности ситуации. А вот услышав от родного брата… Думаю, сделает правильные выводы. И да… У него ровно двадцать четыре часа, чтоб исправить ситуацию и принести свои искренние глубокие извинения. Если этого не произойдёт…

Я замер, ожидая списка угроз в стиле давно минувших 90-х. Что-то из разряда паяльника во всех местах, сломанных рук и ног, на худой случай — расчленёнки.

— Если этого не произойдёт, Адачи-сан, нам придется взять тебя с собой в ночной патруль. Сначала тебя. А там посмотрим. — Закончил якудза.