— Нет, — всхлипнул Мафей, которого при воспоминании о матери потянуло тоже поплакать. — Моя мама умерла. Давно уже. Она была замужем за королем Ортана, их всех убили. Маму, папу, братьев…
— А, это когда был мятеж Небесных Всадников в Ортане? — вспомнил Хоулиан. — Я слышал. Ужасная история… Я смотрю, ты тоже легко плачешь по любому поводу? Люди, наверное, плаксой считают? Не обращай внимания. Мы, эльфы, такие и есть. Мы легко плачем и легко смеемся, быстро меняем настроение и быстро забываем плохое. Это нормально.
— А у меня не получается быстро, — пожаловался мальчишка. — После того случая я несколько месяцев не мог успокоиться.
— Ты же все-таки наполовину человек. А с кем ты сейчас живешь?
— С кузеном, — снова всхлипнул Мафей и почувствовал неодолимое желание рассказать другу Хоулиану, какой чудесный у него кузен, просто самый лучший и самый замечательный, и как он его любит. И рассказал. А заодно и поплакался, как он боится за кузена, который упорно намерен поспорить с судьбой, отчего крепко подвыпивший эльф пришел в полное расстройство.
— Вот так всегда, — всхлипнул он, доставая из воздуха тонкий батистовый платочек и утирая нос. — В этом главная проблема с людьми. Только ты успеваешь к ним привязаться и полюбить их, как они берут и умирают. Взять к примеру Макса…
— А кто это — Макс? — перебил его Мафей.
Хоулиан тут же опомнился.
— Ну… — неуверенно проговорил он. — Макс… Один мой знакомый человек. Только не говори Амарго, что я тебе о нем сказал, а то опять ругаться будет. Так я о чем… А, о людях. Тебе придется привыкнуть к тому, что они умирают. Пройдет лет тридцать-сорок, и твой кузен и твой брат состарятся и все равно умрут. И годам к ста ты поймешь, что всерьез можно заводить отношения только с магами.
— Мэтр мне это говорил, — вздохнул Мафей. — Но все равно…
— Вот-вот, — вздохнул эльф. — Орландо тоже всегда переживает, когда люди умирают… Да ты не плачь заранее, может, твой кузен все-таки выкрутится. Макс говорит, что он такой умный… А чего это ты рукавом утираешься, у людей, что, нет носовых платков?
— Есть. Только я его дома забыл.
— Так возьми. Ты ведь умеешь, так же как я. Почему же не пользуешься своим умением в практических целях? Вон, Орландо намного практичнее. Ты никогда не видел, как он штаны гладит? Ладонью. Я ему показал одно заклинание, «горячие руки». Оно считается боевым, а он приспособился штаны гладить. Что значит — человеческая кровь! Люди вообще такие изобретательные и практичные, даже завидно иногда.
Мафей потянулся за носовым платком и достал почему-то трусы. То ли оттого, что пребывал в расстроенных чувствах, то ли давно не практиковался, то ли просто спьяну. Хоулиан немедленно прекратил плакать и расхохотался, наглядно подтверждая свое заявление о том, что эльфы быстро меняют настроение. Мафей, глядя на него, тоже развеселился, и они вместе от души посмеялись над его ошибкой, едва не разбудив спящего и перепугав охрану. Дон Аквилио даже заглянул в хижину, но, увидев там двух пьяных эльфов, ничего не сказал, только укоризненно покачал головой и закрыл дверь.