- Ну что девчонки, хищник пока усмирен, вам теперь куда?

- Нам в Академгородок, улица Серебрянолуговая.

- Да, умеете вы задачки задать. Время сейчас около двадцати трех часов. Транспорт в Академгородок закончился. Мы даже и не скажем, как вы сможете добраться. Автобус точно нет, электричка уже ушла. Такси стоит безумных денег.

Девушки, обрадованные неожиданным спасением, даже растерялись:

- Ой, мальчики! А что нам делать?

Дима демонстративно поморщил лоб:

- Девочки, а выход есть. Можете поехать ко мне, я тут недалеко живу в центре. Сможете у меня переночевать.

Девушки были в растерянности. С одной стороны, отвергать помощь, пусть даже малознакомого человека, было неосмотрительно. Альтернативой было остаться здесь, без возможности выбраться из этого жуткого места. Девушки, переглянувшись, очевидно, за мгновение они что-то решили:

- а во что это нам обойдётся? – та, что с ямочками боевито уперла руки в бока. Дима возмущённо фыркнул.

- Девочки я его шесть месяцев знаю. На самом деле он хороший и точно не маньяк. Этой ночью Дима для вас самый безопасный вариант ночлега. Кстати его Дима зовут.

- Я Наташа- ответила блондинка: - а это Галя. А вы….

- Я Павел, я сегодня был бы опасным, но мне надо вот это чудовище пристраивать – я потянул за импровизированный поводок. Чудовище обнюхало сумки девушек, и горько, почти как человек, вздохнуло.

- Ну, значить к вам.

- Когда мы после развода стали загружаться в развозной УАЗик, водитель оглянулся на непонятную суету и округлив от удивления глаза, завопил:

- А это что за люди… и животные?

- Олег, успокойся. На Фабричке у Речпорта, нашли, девушки командировочные, им в Академ надо. Они сейчас доберутся в Академ?

- Собака тоже командировочная?

- Собаку я усыновлять буду.

- Ну, тогда собаку в собачник, Ломов с одной барышней рядом со мной, ну, а вторую барышню, сзади, на коленки возьми, а то мне, кроме вас ,еще пятерых вести.

Когда мы высаживали Диму, девушки вновь обменялись какими-то сигналами и попрощались.

В своей квартирке Наташу я, тут же, погнал в душ, выдав ей свой спортивный костюм, а сам, под контролем пса, отправился на кухню варить кулеш из свиных ребер, что собирался употребить с пивом, и перловки.

Когда я вышел из душа, Наташа лежала в темноте, молча, изредка громко стуча зубами. Я вытащил единственные, присутствующие дома таблетки парацетамола и накрыл ее шинелью поверх теплого одеяла. В шесть утра я проснулся от холода, которым тянуло от огромного окна. Отопления пока не давали. С одной стороны матраса под двумя одеялами и шинелью постанывала моя гостья. С другой стороны, упираясь всеми четырьмя лапами в стену, счастливо спал пес, который за ночь с пола частично перебрался на край моего матраса, и был вполне доволен собой.