— И что предлагаешь? Во всем ей подчиняться и жопу целовать? — слова капитана начали меня понемногу раздражать, хоть я и понимал, что он прав.

— Как поступить, не знаю, сильно странное у нее поведение. В жопу тем более не стоит целовать, сядет на голову. — задумался капитан, почесывая бороду.

Борода, как и волосы на голове у Зигфрида начали расти отменно, и, судя по всему, бороду он планировал отпустить. Как он рассказал, в битве с убийцами борода спасла его шею от царапины, так что он воспринял это как знак и решил отрастить ее до былых размеров

— Тебе магистр не рассказывал, почему она решила тут засесть на четыре месяца, ей тут что медом намазано, почему не у графа какого-нибудь? Почему именно в захудалом баронстве?! — разговор с магистром не сильно прояснил причину столь длительного пребывания тут гостей.

— Ну, что одна из целей — это посмотреть, как ты справляешься с управлением баронством, это точно. Но смотря за тем, как она интересуется баронством, становится понятно, что эта цель не главная, а вот какая причина пребывания на самом деле, не знаю. Может, герцог ее отправил присмотреться к будущему женишку? Га-га-га, — заржал своим конским смехом капитан. — Что скажешь? Она барышня видная, ты тоже жених хоть куда. Бери ее и неси на сеновал! А после она и подобреет. Га-га-га, — вот человек, сам пошутил, сам заржал, да так заливисто и громко, что и мне самому стало смешно.

— Ха-ха-ха. Да что ты в самом деле, чтобы я и эта мегера? Да никогда! — отсмеявшись произнес. — Ты же видишь, невыносимая баба, а как жить с ней рядом на постой? Она же мозг выест, как мои комары. Да и не по статусу, сам понимаешь, птица не моего полета.

— Что за комары такие, что мозг выедают? — заинтересовался Зигфрид

— Нет, мои не выедают, а высасывают. Я когда в лесу жил, создал два десятка, там их в битве и потерял. Потом не создавал больше, мерзкие слишком, сделаю только в крайнем случае.

— Ты знаешь, возьми-ка их создай. Такие твари народ страшно пугать будут. Тут недавно дружина с татями повстречалась, наши их порубили, но, судя по всему, лихой люд узнал, что баронство ослабло, вот и начали всякие разные стягиваться. А вот если люди поймут, что бывает с теми, кто со злом к нам приехал, десять раз подумают, прежде чем разбой тут творить. Что, думаешь не так?

— Знаешь, а ты прав! А меня после такого на костре не спалят? Какая-то уж сильно жуткая казнь будет, — как вспомнил момент с зайцем и комаром, меня даже трухануло.

— С людьми, конечно, так нельзя поступать, но скольких мы спасем, если тати сцаться будут, при мысли о нашем баронстве и не забредут сюда никогда. Я же не говорю про всех, а вот самых злобных тварей в человеческом облике почему бы и нет? Твари будут жрать тварей, в природе всегда так! — смотря мне в глаза, серьезно проговорил капитан. — А по поводу люда ты не переживай, их слова мало что значат. Я знаю, что с татями и разбойниками каждый владетель может как хочет, так и поступать. Одни варят в котлах, другие разрывают лошадьми, третьи просто вешают. И где, ты думаешь, больше всего их потом появляется опять?