Нинель перед своим отчаянным поступком заблокировала главный вход, тем самым лишила возможности побега оставшихся в живых охранников. Вместе с этим к ним не могла добраться подмога.

— Ну что, постреляли, бляди⁈ — Шумовский выглядел злым, как сто тысяч чертей. Его костюм обзавёлся рваными дырами и окрасился кровавыми брызгами. Руки были обагрены алой жидкостью. В целом он напоминал серебристого демона прямиком из преисподней. — Просил же не портить костюмчик, макаронники хреновы!

Ужаснувшиеся бандиты поспешно пытались перезарядиться, но было поздно. Денис стрелой смазался в линию и добрался до противников быстрее, чем все из них привели оружие в боеспособное состояние. Его руки-клинки не знали пощады, а наниты требовали новых ресурсов, захватив разум хозяина. Он метался среди ошалевших мужчин, которые в панике стреляли во все стороны, пытаясь попасть в него. Удар за ударом он наносил смертельные раны, попутно отделяя от себя часть нанитов, которые моментально начинали добывать ресурсы для колонии.

Через минуту схватка завершилась. Денис стоял посреди когда-то роскошного кабинета итальянца и вытирал с лица кровь. Снаружи доносились глухие удары и звук перфоратора.

Поняв, что ловить здесь больше нечего, Шумовский схватил со стола чудом уцелевший в перестрелке рабочий планшет итальянца и устремился обратно в кабинет секретарши, не забыв на этот раз закрыть и заблокировать бронированную дверь.

Осмотревшись, он заметил в углу комнаты небольшую нишу, закрытую фальшь-панелями. Ударом ноги он пробил фальшь-панели из натурального дерева, которые закрывали технический люк в стене, оторвал руками обломки и ухватился за механический штурвал, словно на старинной массивной сейфовой двери.

Как только штурвал был выкручен до упора, парню удалось открыть небольшой люк и пролезть в герметичный тамбур.

Здесь все было на механических приводах и ручном управлении, поэтому пришлось вручную крутить затвор, чтобы закрыть массивный люк.

Оказавшись в тамбуре, он натянул герметичный капюшон, встроенный в костюм, и включил генератор воздушной смеси. Костюм, словно дырявый пакет, сифонил из всех пулевых отверстий. Поэтому Шумовскому пришлось переключиться на резервную трубку подачи воздушной смеси, которая шла прямиком к герметичному капюшону.

Зажав упругую трубку зубами за специальный выступ, он сделал первый живительный глоток кислорода.

После первого глотка воздуха он открыл клапан, выравнивая давление в тамбуре, который попутно служил блокировкой открытия внешней двери технических коридоров. Пока клапан выравнивания давления закрыт, рычаг открытия заблокирован, что не позволит открыть обе двери одновременно и привести к потери драгоценного кислорода.