— Поздно…

Не понял, как это поздно? Вон же, душа на месте пока!!

Оп, стоять!

Я схватил только что вылетевший из тела клубок души и, вынырнув из некоей прострации, решительно кивнул своему уже можно сказать старому знакомому:

— Латайте, я пока подержу его душу!

Фёдор Михайлович перевёл на меня непонимающий взгляд:

— Простите, что?

Как, блин, что? Что тупишь-то?

Хотя, минуточку!

Ведь если чуть подумать, то, у них, тут, по сути, не принято души ловить… Это я неизвестно сколько времени тренировал такой навык — пока был мёртв. А получается, обычным людям-то это неподвластно!

Ладно, сейчас точно не время что-то объяснять. Знаю, что минут пять — десять у мозга есть до необратимых изменений. С магией этот срок, возможно, ещё больше, но рисковать не буду. А вот своим положением сына главы рода пользоваться как раз буду!

Я ещё раз кивнул на фактически труп своего отца:

— Говорю, максимально латайте тело, насколько только сможете. Пока я тут — он не умрёт.

Лекарь посмотрел на меня с грустью:

— Владимир Николаевич, у Вас шоковое состояние. К сожалению, Ваш отец уже мёртв…

Я медленно выдохнул, посмотрел зло на лекаря и продолжил максимально строго:

— Я отдаю отчёт своим действиям, говорю ещё раз — латайте!

Лекарь рода переглянулся со вторым, мне неизвестным и, покачав головой, склонился над телом отца. Как, впрочем, и второй. Их руки засветились уже знакомым мне синим цветом.

Лечебная магия…

В голову почему-то пришла идея, что стандартные медицинские технологии в этом мире должно быть в зачаточном состоянии. Зачем рентген, зачем МРТ, если маг руками поводил, и не только посмотрел, что там, но ещё и вылечил?

Между тем, лекари реально прирастили голову отца на место: на всё про всё у них ушло каких-то минут пять…

Белое лицо мёртвого главы клана начало розоветь, а грудная клетка задвигалась вверх-вниз — пациент ожил.

Лекарь устало вздохнул, вытер образовавшуюся на лбу испарину и повернул голову ко мне:

— Владимир Николаевич, не обольщайтесь, даже если кажется, что Николай Фёдорович просто спит, на самом деле, он находится в вегетативном состоянии, и фактически мёртв.

Я пропустил его слова мимо ушей, так как в этот момент помещал душу отца на его законное место.

Стоило клубку лишь коснуться своего места в груди, как он мгновенно «прижился», а мой отец распахнул глаза, и из его горла вырвался какой-то приглушенный стон…

Первым делом, он посмотрел на обоих лекарей, которые натурально уронили свои челюсти. Хех! Причём, будто тренировались, синхронно так. Затем, отец перевёл взгляд на меня, а уж потом и на мужика в военной форме.