На лице сама собой начала появляться улыбка и, попытавшись стереть её с лица, я чуть не упустил одну из душ.

Точно! Эйфория! Это она сжирает мою концентрацию!

Как я уже понял, убрать её целиком не могу, но что если её немножко убавить?

Убавив эйфорию, я тут же получил раскалённый металл, текущий по жилам. Улыбка тут же сменилась на гримасу боли.

Перебрал! Это нестерпимо!

Чуть добавил эйфории, и раскалённый металл превратился просто в кипяток. Тоже нереально больно, но это можно хоть как-то терпеть…

Как только эйфории стало меньше, часть концентрации вернулась ко мне, и контролировать несколько душ вдруг стало легко и просто. Будто, я был санитаром, которому случайно попал скальпель в руки и которого отправили на операцию, и в миг я преобразился в хирурга с десятилетним стажем…

Оп!

Ещё одна душа поймана и притянута ко мне ближе.

Оп! Оп! Оп!

Ещё три!

Контролировать их стало сложнее, но всё ещё нормально.

Всё это время вместе с костяком магов я шёл вперёд, к погибающим нашим.

Мой взгляд упал на низкого кряжистого мужика…

Тот поставил ногу на горло почти захлебнувшегося кровью… моего отца. Затем, наклонился, заглянув ему в глаза и усмехнулся:

— Ну что, ты думал, что убьёшь моего сына и не сдохнешь сам и вся твоя семья?

Затем, рассмеялся и с хрустом сломал моему отцу горло.

Раз, два, три…

В течении минуты я поймал ещё три души и вот теперь, стало, действительно, сложно…

К нашей группе подбежал мужчина в военной форме и доложил:

— Найден труп Владимира Лескова. — А бросив взгляд на тело моего отца, он добавил. — Первостепенная задача выполнена. Мария Лескова, скорее всего, укрылась в бункере и быстро, до возможного появления свидетелей, его вскрыть не получится.

Женщина лет сорока в красном платье повернулась ко всем:

— Несмотря на заверения императора, настаиваю на выполении нашей общей договоренности — светиться по минимуму. Я и гвардия Машковых, отступаем. В обезглавленном роде убить Марию будет просто — обычной тайной локальной спецоперацией.

Пухлый мужчина с сединой в волосах щёлкнул пальцем, и индивидуальные щиты исчезли с каждого из нашей кучки, в том числе, и с меня:

— Согласен, Булгаковы тоже отходят…

Тощий и высокий, не меньше двух метров ростом, средних лет мужчина кивнул ему:

— Меньшиковы снимают магию сокрытия с области поместья Лесковых и отступают.

А вот низкий кряжистый мужик в белом плаще, что добил моего отца, поморщился:

— Зачем отступать, когда можно додавить эту погань до конца⁉

Женщина в красном платье покачала головой:

— Сергей, ты уже отомстил за своего сына. Да и мелкая сучка Лесковых никуда уже не денется. Ей теперь, осталось жить пару дней. Пусть… — Она ткнула носком туфельки тело моего отца. — Посмотрит на трупы своих сородичей, осознает, что все они мертвы, и что скоро и её добьют…