— Не надо никого убивать, — сказал королевич. — Какой в этом толк, если один убежал? Скоро все и так узнают, что мы здесь проехали. Пусть живут. А нам лучше поспешить, пока тот дружинник с подмогой не вернулся.

— Так и поступим, — согласился я с гораном.

Вадим кивнул и вложил меч в ножны, такое решение его полностью устраивало. Парнишка не был кровожадным и не горел желанием кого-то убивать. Он просто старался быть полезным и хотел делать то, что нужно.

— Сколько отсюда до границы? — спросил я у старшего дружинника, не то чтобы я не доверял своей карте, но уточнить было нелишним.

— Вёрст пять, не больше, — ответил пленник, глядя в землю.

— Есть ещё какие-нибудь посты между вашим и границей?

— Нет.

Я взял дружинника за подбородок, приподнял его голову, посмотрел в глаза и повторил свой последний вопрос.

— Нет, — снова ответил старший. — Мы последние.

Не врал. Или просто не владел информацией. В любом случае большего от него добиться было невозможно.

— Встаньте и отойдите к тем кустам! — приказал я пленным дружинникам, указав на заросли малины у дороги, метрах в тридцати от того места, где мы находились. — И стойте там, пока мы не скроемся из виду.

Раненые тут же поднялись, хоть и не без труда, после чего, хромая и шатаясь, поплелись к кустам. Пёс радостно побежал за ними, оглядываясь на Добрана. Когда они немного отошли, я сказал:

— Дальше поедем верхом, нельзя терять время.

— Согласен, — кивнул Гарик и громко объявил: — Распрягаемся!

После этого они с Вадимом занялись лошадьми, а я отвёл в сторонку Добрана и сказал ему:

— В следующий раз, если возникнет такая или похожая ситуация, сразу на Желтке убегай подальше и следи за обстановкой. Мы победим — возвращайся, нет — беги дальше. А если будут догонять, гони Желтка, не оглядываясь. В бою ты нам ничем помочь не сможешь, а вот если убежишь — да!

— Чем? — удивился Добран.

— Как минимум ты доберёшься до моего отца и расскажешь ему всё, что знаешь.

— А меня к нему пустят?

— Скажешь, охране или дружинникам, что князю новости от сына Владимира привёз — пустят. И отцу расскажи подробно всё: что было, что видел, как и куда мы шли, что пережили, кто на нас напал, где мы расстались. Понял?

— Понял.

Мы вернулись к лошадям, на тех Вадим с Гариком уже накидывали сёдла.

— Забираем с собой только самое ценное, — сказал я. — Оружие, доспехи, деньги и немного еды. Не стоит перегружать лошадей, к тому же совсем скоро мы будем в моём родном княжестве.

Буквально через пять минут мы уже тронулись в путь, а как только отъехали от избы, я заметил уходящую влево и ведущую прямо на север дорогу — совсем небольшую, но всё же дорогу, а не тропу. И сразу стало понятно, почему пост разместили так далеко от границы — чтобы контролировать ещё и тех, кто может прийти по этой дороге.