— Повеселимся, — согласился я. — Куда ж мы денемся.
Глава 10
В прошлой жизни на работе, когда я лез в огонь, то не задумывался, какова в процентах вероятность того, что я смогу выйти из него живым. Я просто делал то, что должен был делать. Чувство долга, адреналин, банальное отсутствие времени на какие-либо раздумья гнали меня в огонь. Размышлять было некогда: либо ты идёшь и спасаешь, либо человек погибает.
И вот сейчас было что-то подобное. Я принял решение не раздумывая, потому что по-другому никак. Потому что нас всё равно догонят, и нам придётся драться. Либо нас перебьют на расстоянии заклятиями, что ещё хуже. И есть уж стало ясно, что избежать боя нельзя, то зачем оттягивать? И пусть у нас с Гариком шансов на победу было не больше одного из ста, но они были. А значит, я должен был верить, что мы победим. Сомнения в такой ситуации ничем не помогут, а вот навредить могут.
Единственное, за что я переживал — это за то, что мы с королевичем не сможем задержать всех врагов. Я допускал, что одна часть огневиков нападёт на нас, а другая — даже не остановится и продолжит погоню. Очень хотелось этого не допустить и в ситуации, когда на счету каждая секунда, хотелось задержать всех врагов. Пусть часть из них и ненадолго. Но, похоже, переживал я зря: огневики притормозили, их лошади перешли на шаг. Возможно, они решили, что мы собрались сдаваться или вступать в переговоры.
— Да валите вы уже побыстрее! — прикрикнул я на Вадима, который усадил Добрана, но сам в своё седло ещё не взобрался.
— Я могу помочь, — снова затянул свою песню беглый жених, чем окончательно меня разозлил.
— Быстро свалили, я сказал! — заорал я на Вадима и обратился к Гарику: — Надо постараться перекрыть всю дорогу хоть на минуту, чтобы эти тормоза смогли немного оторваться.
— Смогут, — уверенно заявил горан, он полез за пазуху, откуда извлёк большой амулет: сплющенную сферу из тёмного металла с вкраплением чего-то зелёного в центре, оплетённую золотой проволокой, и добавил: — Что ж, раз всё так складывается, то веселье придётся минут на пять отложить.
После этих слов Гарик с размаху бросил амулет прямо на дорогу между нами и приближающимися огневиками. Сфера ударилась о камень и в тот же миг рассыпалась: превратилась в зеленовато-серую пыль или, скорее, туман, который начал растекаться по земле перпендикулярно дороге в обе стороны от точки удара — не меньше десяти метров в каждую. Затем туман впитался в землю, и в следующий миг раздался неприятный громкий гул, почва дрогнула, и из неё начали вырастать каменные шипы — здоровенные, вытянутые, острые.