— Ещё вопрос, Александр Петрович, — замялся он, не собираясь уходить.

— Слушаю вас.

— Если всё-таки будет новая вспышка и вы поедете на ликвидацию очага, возьмите меня с собой, — произнёс он, разве что руки молитвенно не сложил.

— Так я же сказал, что в этом случае мы едем все вместе и будем единым отрядом, — пожал я плечами. Неужели я забыл про это упомянуть? — Или я этого не говорил?

— Ах, да, точно! — хлопнул себя по лбу Жеребин. — Тогда до завтра, встретимся на лекции.

— До завтра, — сказал я и пожал протянутую руку.

Будем надеяться, что до лекции, а не раньше.

После завершения рабочего дня на приёме и в лекционном зале, продолжался рабочий день другой, организационный. Я собрал своих коллег в комнате отдыха на втором этаже, и мы обсудили с ними результаты нашей последней командировки, все недостатки и неучтённые нюансы. Я сказал им быть готовыми к повтору и держать всегда вещи под рукой. Рассказал и о машине снабжения, которая будет теперь сопровождать нас в подобных рейдах.

— Саш, а ты реально хочешь взять с собой Марию в командировку? — спросил Илья. — Или Виктор Сергеевич так неудачно пошутил?

— У тебя есть варианты, как этого избежать? — задал я встречный вопрос. — Разве что приковать кандалами к батарее на кухне, чтобы был доступ к холодильнику. Туалет тогда надо будет тоже на кухню перенести.

— Я на такую перестройку не согласен, — буркнул дядя Витя.

— Вот я и говорю, ситуация безвыходная, — хмыкнул я. — Придётся взять её с собой. Да, кстати, я об этом, по-моему, вам не говорил, Мария сильный маг и реально очень поможет в лечении тяжёлых больных. Так что задача состоит не в том, как её не брать с собой, а в том, как её защитить от нападок со стороны пациентов и, не исключено, наших коллег с Рубинштейна.

— Не будет никаких нападок, — сказал Сальников. — Деда Витя её не даст в обиду.

Юдин заржал в голос, Рябошапкин ухмыльнулся.

— Я думал она со мной ходить будет, как было в Никольском, — сказал я.

— Ага, щас-с! — активизировался вдруг дядя Витя. — Шиш тебе! У неё теперь дед есть, а ты так, ни пришей, ни пристебай!

— Уже окончательно породнились? — усмехнулся я.

— Надеюсь не обвенчались? — спросил Сальников и едва успел увернуться от замаха трости Панкратова, после чего держался поодаль, на всякий случай. — А что я такого сказал? Она женщина взрослая, самостоятельная, просто выглядит немного непривычно.

— Я тебя сейчас в жабу превращу! — пригрозил ему тростью Виктор Сергеевич.

— Вы лучше девочку поцелуйте, и она станет взрослой красавицей! — подлил масла в огонь Дмитрий Ефремович.