— Двигайся вдоль огневого рубежа, останавливайся точно перед мишенью и атакуй. Если будешь бросать заклинания из одной точки, данные будут неполными — дистанция полёта хоть и незначительно, но увеличится — пояснил свои требования Платон.

Смутно вспомнив правила стрельбы в тире, пошутил:

— С предохранителя снимать нужно?

— Нет. И даже докладывать о готовности не надо, — хохотнул оценивший юмор Платон. — Действуй.

— Только у меня в арсенале лишь два боевых заклинания, — сразу предупредил его я. — Третье — щит.

— Ну и хорошо. Теперь я вижу, что ты живой человек, — вновь хохотнул наставник. — А то если бы ты владел ещё несколькими заклинаниями, мне бы можно было пойти утопиться от зависти. В твоём возрасте и два отработанных боевых конструкта — редкость! Так что действуй. Сначала одним атакуй первые мишени, затем вторым — следующие.

Так я и сделал. Отправил «огненные шары», а потом пару «воздушных серпов», не забывая, конечно же, про смену позиций.

— Нет, ты всё же уникум! — воскликнул наставник, когда закончил записывать показания в планшет. — Как тебе удалось добиться столь чистого и сбалансированного заклинания? Ты либо тренировался с самого младенчества, либо обладаешь невероятным талантом в магии. Хотя, может, это твои заклинания слишком хороши? Нет, вряд ли. Даже на их отработку понадобилось бы очень много времени.

— Думаю, здесь сыграли роль сразу несколько факторов, — уклончиво ответил я. — А вообще, в последнее время у меня произошёл некий скачок в умениях. Несколько месяцев я только и делаю, что тренирую эти заклинания.

— Это заметно, — хмыкнул Платон и, вновь поднеся рацию к лицу, скомандовал: — инвентарь убрать. Атака по неподвижной мишени на дистанции двадцать пять, пятьдесят, семьдесят пять и сто метров. Включить анализатор.

По его команде атакованные мной ранее толстые куски магического железа опустились в землю, и им на замену появились четыре других — на дистанциях, указанных магом.

— Сейчас проверим, насколько плотна структура твоих заклинаний и на какой дальности они ещё сохраняют свою убойную силу. Начнём с «огненных шаров».

После того как я отстрелял по всем мишеням разными конструктами, а Платон сделал свои записи, мы стали проверять мою реакцию и точность при появлении внезапно поднимающихся мишеней и маг неожиданно спросил:

— А правда, что ты один ходил в проклятые земли?

— И не раз, — согласился я и, сделав вид, что оговорился, добавил: — У нас считают, что только так можно выковать сильный характер и вырастить настоящего мага.

Платон уже привычно хмыкнул, но по его следующим словам я понял, что «вброс» достиг цели.