— Так что? Принимаешь приглашение? — чуть более раздражённым тоном уточнил Бронислав.

— После того как ты сознался в хладнокровном убийстве человека? — спросил я. — Конечно нет! Вдруг следом за бедолагой отправимся и мы?

— Этого не произойдёт, — покачал головой парень. — Ответишь на пару вопросов и будешь свободен.

— И после этого ты предлагаешь мне спокойно отправиться с тобой попить чай? — уточнил я.

— Вообще-то да, — согласился Бронислав. — Что-то мне подсказывает, что вы с отцом положили гораздо больше народа. В ином случае я никак не могу объяснить все странности, происходившие вокруг нашего дома в последние месяцы.

— У тебя слишком бурная фантазия, — не согласился с парнем я. — Нас пытались убить, и мы просто сбежали. Не улыбается сдохнуть из-за того, что кто-то вдруг устроил беспорядки возле нашего дома. Таких совпадений не бывает. Тем более привести хутор в нормальное состояние было для нас очень нелегко и дорого.

Бронислав похлопал:

— Молодец, Федя, хорошо врёшь, вот только я знаю гораздо больше, чем ты думаешь. Но это обсудим в более безопасном от чужих ушей месте.

— А если мы не хотим идти? — уточнил я, и «средний огненный шар» в моей руке запылал ярче.

Улыбка с лица Бронислава пропала, и вслед за этим на полигон вошло четыре мужика с автоматами.

— Тогда мне придётся просить вас более настойчиво, — произнёс старший родственник и примирительно поднял руки. — Не пойми неправильно, но вы просто не оставляете мне выбора. Глава рода дал мне совершенно недвусмысленные указания.

«Задница! — подумал я, пытаясь просчитать ситуацию и определиться с дальнейшими действиями. — Они нашли нас гораздо раньше, чем я предполагал. Очередная ошибка. Чародеевы оказались не столь никчёмным родом, как мне казалось. Видимо, на моё восприятие повлияло их отношение к кровным родственникам, переманивание старших братьев, а также психические расстройства, настигнувшие семью Феди. И вот что мне ему теперь говорить? Как выкручиваться из ситуации? Что именно рассказывать? Ведь я полагал, что ко времени нашего знакомства успею набрать силу в землях, ослаблю проклятие предателя крови, а история возле хутора потеряет остроту».

Мои мысли прервало ощущение опасности, идущее со стороны Всеслава, уставившегося на вооружённых людей, насупившегося и словно бы готового убивать. За время, прошедшее с моего попадания, он откормился, оброс мясом и стал ещё более грозным на вид. Охрана Бронислава тут же напряглась, а я вспомнил «стрелу праха», сформированную отцом Феди в ещё более убогом состоянии души и тела, испугался, что это может повториться и ещё больше заинтересовать Чародеевых, поэтому произнёс: