Некоторое время француз ещё порывался встать, а затем теряя кровь, а вместе с ней и силы для борьбы просто сел на пол арены, опустив голову.

— Бой окончен. В этом бою блестящую победу одержал Ли Вей. Это уже восьмая победа подряд, похоже, что юный «универсал» твёрдо нацелен выйти в финал…

Мог бы помолчать, комментатор…

Отойдя к «целителям» где в течение получаса восстанавливал энергию, я в гордом одиночестве отправился на завтрак, где с некоторым недовольством съев отбивную, пока за мой столик не подсел типичный такой японец лет восемнадцати в дорогом костюме и тростью в руках. Что с некоторой картинностью достал из кармана сложенный лист и принялся внимательно его читать.

— Ли Вей, как я понимаю? — насмешливо проговорил японец.

— Если тебе что-то надо, говори сразу, — посмотрел я на этого холеного парня, — если же нет, то можешь проваливать, встретимся в бою.

— Думаю, что внимательно изучив это, — протянув мне, лист бумаги, проговорил японец, добродушно улыбаясь, — в противном случае это станет достоянием общественности.

Так и что здесь… О, какой умный японец, сумел собрать обо мне данные, где указывались мои личные данные, а так же род занятий ближайших родственников, только вот кое чего не хватало…

— Знаешь, за что я ненавижу таких людей как ты? — смяв бумажку и сделав из неё шарик, добродушно улыбнулся, — за то, что используя авторитет своих ближайших родственников, они стараются сильнее унизитьтех, кто им мешает или не нравится. Бумажка ударила японца в лоб, на что он только прищурился, — лучше бы ты моего отца нашёл, — а за помощь, — засунув руку в карман, я достал горсть мелочи и просто высыпал на стол, — купи себе салфеток, а то слюнями захлебнёшься.

Закончив, я поднялся из-за стола и направился на выход с арены…До следующего боя было ещё достаточно времени, что я имел возможность развеяться, а то мне что-то надоело то, что я участвую в бою, отдыхаю, а потом по новой. Монотонность меня убивает.

Да, на войне все средства хороши, только этот японец не понимает какого выбрал себе врага… Я ведь запомню его, а это значит что долго он не проживёт, ну, по крайней мере, тихая старость ему не положена. Впрочем, ну узнает общественность, что моя мать была проституткой, дальше то что? Ли Вею об этом ежедневно напоминала тётка, а спустя какое-то время повторять начали и её дети, так что мальчишка был вынужден сбежать из чужого дома. Впрочем, этой семьи для меня не существует, думаю безразличие — это лучшая политика взаимодействия со своими родственниками. Даже если они и появятся в обозримом будущем.