Также, как и в лесном бою с разбойниками, надежда попаданца, что столь массированное применение магии обратит пиратов в бегство, не оправдалась — к ней тут привыкли, опасались, но всегда были готовы к тому, что противник её применит.

Наверняка, морские разбойники не предполагали, что на корабле-жертве, не самой крупной каравелле, окажется больше одного иск-мага. Количество возможных заклинаний первого уровня, которое одарённый может применить, пираты знали, считать умели, а потому, после восьми Огнешаров посчитали, что иск-маг почти выложился и больше сильной угрозы не представляет.

Плохо, что предположение попаданца насчёт лучших воинских качеств нападавших полностью подтвердилось. Не прошло и трёх минут, как уже пятеро моряков Авмия были убиты, и первым с разбитой огромным топором головой на палубу упал героический — или перепивший — боцман. Сами разбойники к этому моменту, кроме восьмерых жертв иск-магинь, потеряли только одного, ловко убитого суперкарго, причём, как заметил землянин, с помощью одного из тех трюков, которым Летан Имир выучился у Егорова.

— Дурак Дильян, — высказался Лойм.

Со своим соратником Игорь молча согласился, хотя боцмана ему было по настоящему жаль. Хороший мужик, не гнилой. Научил детей особенностям рыбной ловли в море, помогал всегда, когда к нему обращались с просьбами или за советом, и задорно смеялся над любой шуткой.

Только вот, предаваться жалости времени не оставалось. Самый здоровенный, бородатый пират — ростом метра под два — снёс, словно кочан, голову оказавшемуся на его пути юнге и устремился в сторону кормы, откуда прилетали Огнешары. На этом верзиле в магическом зрении попаданец увидел хорошо заряженный амулет защиты от магии.

Цель, которую наметил себе самый здоровущий из пиратов, как и двое его товарищей, двигавшихся за ним в фарватере, легко просчитывалась, но на пути у них стояли бывший десятник и его командир.

— Данские собаки! — захохотал бородач и замахнулся полуторником.

Сильный удар мечом, под который Игорь подставил щит, отсушил левую руку. Попаданец понял, какую глупость он совершил, сразу же не избавившись от щита, как только отстрелялись арбалеты. Ему эта круглая тяжеловатая защита только мешала.

Краем глаза заметив, как Лойм, уйдя чуть в сторону, пронзил бедро своего противника, Егоров отбросил щит в сторону и в прыжке мощно пробил ногой в челюсть здоровяку.

Не ожидавший встретиться с приёмами карате вместо фехтования пират никак не сумел среагировать и рухнул в бессознательном состоянии.

Разбойнику, оставшемуся в одиночестве против двоих явно более сильных противников, землянин сообщил: