Вот у тебя клан уровня «Хитоши». Допустим, по верхней границе наличных сил. Это означает, что другие кланы уровня Хитоши на тебя нападать не будут, потому что ты слишком силен для них. С другой стороны, кланы уровня «Китцу» на тебя тоже не нападут, Сага не разрешат, потому что разные статусы. То есть, клан может объявить войну другому клану только если у них один и тот же статус. За этим очень строго следят и, разумеется, тут же принудят к миру, если это будет нарушено. А потом вкатят оплату применения вооруженных сил клана — миротворца нарушителю. Затем нарисуют штраф уже от лица Сага. А затем и от Императора, если нападение на более слабый по статусу клан сопровождалось какими-то слишком радикальными действиями, типа, уничтожения станций или геноцида мирного населения. Штрафы будут такие, чтобы клан — нарушитель как раз и опустился на уровень пострадавшего клана. Как говорится, следите за нитью рассуждений. Разумеется, затем пострадавший клан попытается отомстить. То есть вероломность в Шин очень затратное мероприятие.

Обратное действие, когда, например, клан уровня Хитоши объявил войну клану Китцу, не преследуется. Более того, это рассматривается как заявка клана «Хитоши» на статус «Китцу».

Еще один нюанс. Можно заявиться на более высокий статус, совершив деяния масштаба Империи. В этом случае клан будет объявлен имперским, то есть ему нельзя объявлять войну до тех пор, пока он сам не объявит кому-то войну. Вот это, по всей видимости, и хотел сделать Унарё Саидзин. Получить статус, получить деньги на развитие клана. Ну, то есть, сразу в дамки пролезть. Разумеется, он решил рискнуть. Это же так романтично потом рассказывать, что вот, был никем и сразу стал всем. Так героично, риск, отвага. Ага, и еще немножко грязи, подлости, предательства. Об этом в героических сагах обычно почему-то не рассказывают. Как и не рассказывают о том, что обычно все заканчивается крайне плачевно. Унарё Саидзин решил вот так рискнуть. А в итоге, слил всех своих. Ради удовлетворения своих, личных амбиций. Почему-то всегда упускается из виду, что те рисковые пацаны и девчонки, которые таки смогли чего — то добиться и действительно кем-то стать, рисковали лишь собой. Ну, и еще, возможно, небольшой командой единомышленников. Которые тоже ясно понимали, что они делают. Пример Рагуна тут прям характерен. А еще больше характерны примеры тех, кто ласты склеил на этом пути и которых подавляющее большинство.

Так вот, Менай Хамине прекрасно понимает, что за год ему клан не поднять до того уровня, чтобы нанести возможному противнику неприемлемый ущерб.