Первый раунд закончился вничью.

Готфрид насмешливо усмехнулся.

— И это все на что ты способен старик? — лорд сделал движение, поведя рукой перед собой. — Тогда мне жаль ваши кланы. У них нет достойного будущего.

Сказанные язвительным тоном слова вызвали у магистра приступ острого бешенства.

— Отродье Бездны! Сопляк! Я сотру тебя в пыль и развею твой прах над скотомогильником!

Похоже давненько со старым магом не разговаривали подобным образом. Заграс брюзжал слюной и орал, вместо того, чтобы молча ответить на наглую выходку, как поступил бы обычный волшебник. Всего несколькими фразами фиолетовоглазому удалось вывести его из себя.

А вот Клинок Заката не опустился до повторного оскорбления. Он уже добился всего чего нужно. Магистр потерял самообладание и тем самым подставился.

Откуда ни возьмись налетел колючий злой ветер. От него дыхнуло столь нестерпимой опасностью, что бароны не выдержали и все-таки сделали малюсенький шажок назад.

Следуя за движением руки ансаларца в воздухе родился вытянутый силуэт изогнутого полукругом плотного сгустка тумана.

В следующую секунду из его недр вылетел пучок черных извилистых молний.

— Ааааа!!! — заорал Заграс, едва успевший вскинуть ладонь в отвращающем жесте.

Соткать щит он успел, несмотря на овладевшее им бешенство. Мастерство полноправного члена Совета кланов четырех стихий никуда не исчезло. Только наполнить защиту достаточным количеством энергии у него все же не вышло.

Банально не хватило времени. Совсем немного, но этого оказалось достаточно, чтобы три антрацитных росчерка пробили зачарованную преграду и вонзились в подставленную беззащитную кисть.

Человеческая плоть не выдержала, мгновенно покрылась ожогами и волдырями, пальцы обуглились, превратившись в обгорелые изувеченные обрубки.

— Во имя остроконечных сосцов Эры, как он его приложил! — не сдержавшись ругнулся Дилон, помянув богиню любви из Пантеона Девятерых.

— Да, солидно, — вторил ему Райан тоже ошарашенный удачной атакой ансаларца.

А точнее ее впечатляющим результатом. Левая рука волшебника вместе с рукавом алой мантии обуглилась и почернела, культей повиснув вдоль тела.

— Это еще не конец, — хладнокровно заметил Огарт, охладив пыль приятелей. — До победы еще далеко.

И действительно, невзирая на полученную серьезную рану огневик и не думал сдаваться или бежать от юнца, неожиданно оказавшегося весьма грозным противником.

— Слуги! — воскликнул Заграс взмахивая посохом.

Справа и слева от него взвихрились небольшие смерчи, сотканные из языков первородного пламени. В верхней части огненных вихрей легко угадывались морды диковинных злобных созданий.