— Слышал, — коротко кивнул Васенков. — И не могу не признать, что молодой человек совершенно прав. За такие слова действительно нужно язык вырывать. И я бы советовал вам, Валентин Максимилианович, научиться сдерживать свои эмоции. Я даже не сомневаюсь, что Руслан наткнулся на вас случайно. Потому что, сделай он это специально, вас бы уже пришлось тащить в медицинский блок.

— Да как вы смеете ⁈- снова заверещал ушибленный.

— Смею, как видите, — зарычал в ответ Васенков.

Этот сноб изначально вызывал у профессора стойкое чувство неприятия, своими, заносчивостью и мелочностью. Доцент этот относился к категории так называемых, непризнанных гениев, которым все встречные и поперечные стараются подложить свинью. Даже если они очень далеки от науки и к самому доценту не имеют никакого отношения. Теория всемирного заговора в действии. Но заговор этот создан с единственной целью, навредить именно ему, Валентину Максимилиановичу Царапко.

Васенков изначально был против его участия в экспедиции, но покровитель этого стукача, сумел настоять на том, чтобы доцента включили в состав зимовщиков. В том, что Царапко регулярно стучал на своих сослуживцев, профессор знал абсолютно точно, и именно поэтому не имел никакого желания иметь под боком почти профессионального доносчика. Так что, разыгравшаяся в коридоре трагедия весьма позабавила профессора, который уже жалел, что вышел из своего кабинета так рано.

— И имейте в виду, уважаемый доцент, что я не всегда могу успеть вовремя, чтобы защитить вас от расправы, если вы не прекратите вести себя с остальными членами экспедиции подобным образом, — жёстким тоном отрезал Васенков.

— Вы мне угрожаете?- растерялся доцент. От удивления у него даже голос осёкся.

— Я вас предупреждаю, во избежание ненужных эксцессов с далеко идущими последствиями, — резко ответил профессор, на последней фразе бросив на Руслана долгий, настороженный взгляд.

Сообразив, что он пытается о чем-то предупредить, Руслан неопределённо пожал плечами и, помолчав, не громко произнёс:

— Как я уже сказал, всё произошло случайно. Но оскорблений я ни от кого терпеть не собираюсь. Не для того живу.

— Но он испортил мне все образцы, — снова завёл свою волынку доцент.

— Значит, возьмите другие. И чтобы я больше не слышал от вас подобных высказываний, — осадил его Васенков и, ухватив Руслана за локоть, приказал:

— Ко мне в кабинет. Живо.

Испустив мученический вздох, парень покорно последовал за профессором, отлично понимая, что выволочки не избежать. Войдя в крошечный кабинет руководителя экспедиции, он, молча, не дожидаясь приглашения, уселся на единственный свободный стул и выжидательно покосился на Васенкова. Не спеша, опустившись в своё кресло, профессор чуть усмехнулся и оперевшись локтями о стол, не громко сказал: