— И что? В чём проблема?- не понял Морган.

— Нам нужно пробиться в эту пещеру и как следует исследовать её, — ответил профессор Солсбери. Рыжий великан с пивным животом, очень напоминавший вставшего на задние лапы полярного медведя.

— И в чём проблема?- снова спросил Морган, всё ещё не понимая, что от него требуется. — Думаете, там может найтись что-нибудь опасное? Боитесь озверелых пингвинов?

— Речь идёт не о пингвинах, а о том, что вошедшие туда люди окажутся отрезанными от внешнего мира. Самое главное, это температурный режим, который нельзя нарушать ни в коем случае. Иначе, исследователи могут оказаться погребёнными под тоннами подтаявшего льда.

— Что если сделать своего рода тамбур, который будет отсекать приток воздуха с поверхности? А сам коридор к этим пещерам сделать наклонным. Тепло всегда поднимается вверх. Это даже я помню. Так что, одна дверь на входе в саму пещеру, вторая у входа в коридор, вот и решение проблемы, — пожал плечами Морган.

— А это идея, — весело усмехнулся Солсбери.

— И ради этого вы меня позвали?- удивился Морган. — Неужели так сложно было придумать такую простую вещь?

— Наше дело, изучать факты, а не придумывать всякую ерунду, — огрызнулась Анита Гроссман. Ещё один профессор, которую Морган с первой минуты охарактеризовал для себя, как старую грымзу, хотя было ей всего лишь сорок семь лет.

— Плох тот профессор, который не способен найти выход из трудного положения, чтобы добраться до вожделенного материала, — не удержался Морган.

— Мы позвали вас не только ради этого, хотя должен признать, что идея с тамбуром, весьма толковая, — вмешался в их пикировку Солсбери. — Вот здесь, в самом большом зале, наш сканер обнаружил какие-то странные крупные вкрапления. Точнее говоря, места, в которых температура на пару градусов выше, чем общая температура самого помещения.

— И сколько таких точек?- спросил Морган, насторожившись.

— Полтора десятка. Но самое странное то, как они расположены.

— И как же?- мрачно спросил Морган, которому уже надоело это скармливание информации по кускам.

— Если смотреть на главный зал в плане, можно сказать, то основная масса этих вкраплений расположена по кругу, и ещё две, в нескольких метрах от самых больших коридоров, а один, вот здесь, в районе стены, — ответил профессор, тыча пальцем в монитор и постепенно переходя на менторский тон.

Понимая, что это происходит не специально, а в силу укоренившейся привычки, Морган отбросил эмоции и задумался. Делать замечания человеку, который большую часть своей сознательной жизни читал лекции студентам, он считал пустой тратой времени. К тому же, из всех гражданских, набранных в эту экспедицию, именно с Солсбери можно было иметь дело. Огромный профессор отличался редким благодушием и частенько смущался, когда ему делали подобные замечания.