Дождавшись, когда он доковыляет до Яна, Миша плавным движением скользнул вперёд и, перехватив руку с оружием, стремительно развернулся вокруг своей оси, одновременно выкручивая захваченную конечность наружу. Выгнувшись самым непотребным образом, бандит взвыл, но кинжал не выпустил. Удивлённо хмыкнув, Миша таким же скользящим движением перехватил его руку и тут же развернулся в обратном направлении, при этом выворачивая конечность так, чтобы локоть противника смотрел вверх.

Потом, не останавливаясь, он нанёс удар локтем в горло, одновременно присаживаясь на корточки и вздёргивая руку противника вверх. Раздался тошнотворный хруст, и звучный удар чего-то об пол. Кинжал задребезжал, упав на сталепластовый пол бара. Отпустив бандита, Миша выпрямился, одновременно делая шаг в сторону. Пытавшийся напасть на Яна уродец, еле слышно сипел на полу, судорожно суча ногами и держась за изуродованную руку. Кричать с разбитым горлом, он не мог, а падая, он ещё и как следует, приложился лбом об пол.

Между тем, Ян уже во всю орудовал своей дубиной, внушая законы доброты и терпимости озверевшим от потери добычи бандитам. Шедший следом за ним Миша, старательно добивал бандитов, ломая им кости рук и ног. Оставлять за спиной человека, способного ударить в спину, верх глупости. Этот постулат в него вбили ещё в учебном центре, когда он только начинал свою службу.

Разбросав нападавших, Ян одним не сильным ударом в лоб угомонил не на шутку развоевавшегося шкипера, посадив его на пятую точку и ткнув концом дубины в замерший экипаж, громко сказал:

— В моём баре, никаких драк. А вы, выметайтесь отсюда. И чтоб больше я не видел вас в своём баре, — добавил он, повернувшись к бандитам.

— Ты влез не в своё дело, — прохрипел один из них.

— Вы нарушили общее правило. Так что, я в своём праве, — прорычал в ответ Ян.

— А с тобой, солдатик, мы ещё встретимся, — пригрозил бандит, повернувшись к Мише. На слова Яна он не нашёл, что ответить.

— Ни в этой жизни, крыса, — зарычал боец, шагнув к противнику.

Бандит стоял, оперевшись плечом о колонну, и баюкая сломанную руку. Миша, чуть присев во время шага, ударил от пояса. Основание открытой ладони стремительно впечаталось в кончик носа бандита, подбрасывая его в воздух. На пол, упало уже мёртвое тело. Не ожидавшие такого ответа бандиты громко охнули. Подошедший к главарю бандит, приложил пальцы к его шее и, растеряно оглянувшись на подельников, молча, покачал головой.

Замерший над убитым бандитом Михаил вдруг сообразил, что наделал. Ещё недавно, он был солдатом, и любое его действие оправдывалось или осуждалось только его командованием. А теперь, он всего лишь гражданский человек. Один из многих. Один из тех, на кого распространяются законы страны пребывания. А, как известно, законы защищают бандитов от людей, а не людей от бандитов.