Встреча с генералом была назначена в соседнем кафе, где подавали вполне приличный кофе, до которого и Миша и генерал были большими охотниками. До назначенного времени оставалось ровно пять минут, когда Миша вошёл в кафе и, выбрав столик, в простенке между широких окон, сел так, чтобы видеть входную дверь и весь зал. Генерал появился ровно в назначенное время. Войдя в кафе, он быстро осмотрелся и, чуть кивнув, решительно направился к столику, где уже наслаждался напитком Миша.

— Добрый день, — произнёс он, присаживаясь к столу.

— И вам того же, — мрачно буркнул Миша, прихлёбывая кофе.

— Что-то не так?- спросил Волков, чутко отреагировав на настроение собеседника.

— Всё не так, — вздохнул Миша. — Ладно. Это только мои проблемы. Зачем вы хотели меня видеть?

— Наш разговор так ничем и не закончился, — развёл руками Волков.

Сделав заказ подошедшей официантке, он дождался, когда она принесёт кофе и, пригубив чашечку, спросил:

— Вы подумали над моим предложением?

— Хотите, чтобы я снова поверил имперским чиновникам?

— Ну, СВР, это не просто чиновники, — пожал плечами Волков.

— Угу, жизнь мне тоже не гражданские чинуши сломали, — огрызнулся Миша.

Но у генерала сложилось стойкое убеждение, что огрызается он скорее по привычке. Что-то тут было не так. Но вот что именно, он понять не мог. Чувствуя, что пауза затянулась, генерал поставил чашку на блюдце и, вздохнув, сказал:

— Михаил. Я понимаю вашу обиду. Честно. Знаю, что оскорбили вас совершенно незаслуженно. Про историю с чистильщиками я даже вспоминать не хочу. Мерзко. Но приняв наше предложение, вы станете не просто одним из многих. Вы будете одним из тех, кого называют избранными. Больше того. Ещё до вылета сюда, я заранее настоял на том, чтобы вас, как боевого офицера, сразу зачислили в штат именно моей службы. Службы силовых операций.

— И что от этого изменится?- не понял Миша.

— Вы будете подчиняться только мне, и в случае неисполнения какого-либо пункта наших договорённостей, виновного вам долго искать не придётся. Все ваши вопросы и проблемы буду решать лично я.

— А вам-то это зачем?- удивился Миша.

— Думаете, я только к вам собираюсь относиться с таким пиететом?- хитро прищурился генерал. — Нет. Я своих людей подбираю сам, и ко всем отношусь именно так. Кстати, это одна из причин, по которой я так и не получил того, что давно уже должен был получить.

— Вы про дворянство?- насторожился Миша.

— Про него, — устало кивнул Волков. — Трижды документы подавали в канцелярию его величества. Но нашлись добрые люди, отсоветовали. Мол, слишком упрям, приказы выполняю не точно. Много себе позволяю. В том числе, спорить с вышестоящим руководством. А то, что это руководство в наших делах ни уха, ни рыла не смыслит, никому и дела нет. Главное, что спорю.