Рыжая бестия. Гениальный взломщик, каких раз-два и обчёлся. А ещё она, как не крути, генерал, получается, шарит за войну. То есть во всех смыслах полезный член команды. И вообще, напоминаю тем, кто забыл. Я эстет. Люблю когда вокруг меня красота. И ломаться не будет опять же. Удобно… Вот такой я негодяй.

Ладно, хватит ностальгировать, а то вон уже и обыскали на предмет оружия и на второй этаж проводили. А тем временем прочих вражин не видно, наверняка попрятались. Думаю не зря нас наверх ведут, это чтоб мы свалить по быстрому не смогли. Перекроют выход и всё. Наивные Эдемские бандиты. Мне если понадобится сделать ноги, так я и в окно свалю, не побрезгую.

— Ну, здравствуй, Мажор, — Арим мерзко так улыбается, стоя у выше упомянутого окна.

И тут этих самых средств побега аж шесть штук, по три с каждой стороны. Ещё и две двери. То есть по сути восемь. И вот нафига на втором этаже комнатёнка размером шесть на шесть метров? Нет, зачем окна ясно, чтоб на освещении экономить днём. Но ночью то? Вон аж две люстры под потолком. А ведь это всё магические светильники.

— Хотя можете и не здравствовать, оба, — с не менее противным оскалом приветствует нас с Балагуром Корт.

— Вы что кашки-борзянки переели? — задаёт риторический вопрос Вован, с громким хлопком всаживая правый кулак в левую ладонь.

— Да я тебя… — Корт пытается вынуть из ножен меч.

— Стоять, — командует черноволосый молодой мужчина, сидящий в кресле, возле стола в дальней части комнаты. — Для начала выслушаем наших гостей, а потом уже решим кто кого и сколько раз.

Вот порой раздражает-то, что на Эдеме после воскрешения все становятся молодыми, хрен поймёшь, кто перед тобой, то ли суровый старец умудрённый опытом, то ли горячий юнец. Но, тем не менее, Корт прячет так и не вынутый до конца меч обратно в ножны.

— Хороший пёсик, послушный, — не может не похвалить, за сей поступок, Балагур.

— Хватит, — на этот раз уже мне приходится врубать командирский голос.

— Ну и кто тут пёсик? — скалится Корт.

— Гав-гав! — тут же выдаёт Вован, скалясь во все свои тридцать два зуба.

— Да я тебя! — снова дёргает Корт.

— Я сказал хватит! — грозный рык из-за стола. — Арим, угомони свою шестёрку.

— Он больше не будет, — хозяин дома зло сверлит взглядом одного милого и тихого гостя, который даже не хамил ещё никому. То есть меня, если кто не понял.

Вот где логика? Сам здоровается без уважения, как было сказано в одном старом фильме. Его заместитель провоцирует мирного и пушистого Вована, а сверлят взглядом меня. Беспредел.

— Кто из вас двоих главный? — вопрошает пока ещё неизвестная нам личность.