— В щебёночку, — мечтательно закатывает глаза Антошка.

— Лаки, тащи его сюда, — отдаю команду.

— Есть.

Получив приказ, Сашка аккуратно смещается в сторону, чтоб выйти из зарослей за спиной жертвы. Отвод глаз это хорошо. Но шевелящиеся кусты никто не отменял. Зачем палиться лишний раз?

ПРОДА

Охранник на миг замирает, как будто заметил что-то. Ох, не к добру это. А всё эта магия да зелья всякие. Вжарил дозу и вперёд охранять. Чуткость там повышенная. А может у него навык какой есть, на внимательность? Или он сквозь отвод глаз видит? И как в таких условиях диверсии устраивать?

Да так же, как деды до Берлина дошли, без всяких суперспособностей. Тельняшку рванули на груди и вперёд, бить фашисткую нечисть. Так что, немного осторожности и побольше внимательности. Чай, нам на амбразуру переть не надо.

Так, не понял! Я зря паникую что ли? Охранничек-то остановился, только для того, чтоб зевануть во весь рот. Ещё и передёрнуло всего. Да так хорошо передёрнуло, что глазки закатил и даже почти упал. Но был нежно подхвачен Лаки под ручки и уволочен в кусты.

Хотя не исключаю возможность, что парнишка не из-за зевоты рухнул. Да и трясло не факт что от неё. Саня ещё тот электрошокер. Опытные электрики в обморок падают, а зеки за авторитета признают. Вы же помните, что Лаки успел почалиться, как говорят уголовные элементы, пусть и не долго.

— Ты его что грохнул? — интересуется Балагур, глядя на безуспешные попытки Лаки привести в сознание пленника.

— Перестарался чутка, — пожимает плечами Сашка, — сейчас очухается.

— Во-о-от! — Балагур с умным видом вскидывает в небеса указательный палец. — А всё потому, что ты классику не уважаешь.

— Чего?

— Того. Надо было спросить, как пройти в библиотеку?

— Ночью? — хлопает глазами Лаки.

— Шура, я не узнаю вас в гриме? — закатив глаза, Вован стучит себя пальцем по губам. — Тихоня? Нет-нет. Молот? Тоже нет. Семён? Сёма! — и раскинув руки, пытается обнять, Лаки.

— Уйди, противный, — сделав жеманный жест ручкой, отказывается Сашка.

Шлёп. Громкий звук от соприкосновения моей ладони с лицом раздаётся, как выстрел в ночи. Парни аж присели, оглядываясь по сторонам.

— Мажор, ты чего? — напряжённо интересуется Хан.

— Догадайся, — трогаю нос, который после удара принялся побаливать. — Либо так. Либо прибью этих придурков. У нас работа. Кругом враги, а они клоунаду устроили.

— Ну так пнул бы по мягкому месту. Всё тише было бы.

— Так увернутся, падлы, — сплёвываю кровь от разбитой губы.

Заметив это, парни неуверенно переглядываются, сообразив, что я реально на взводе, раз морду себе раскроил.