— А со мной? Со мной что ты сделаешь, низшая? — Ясмин вышла из-за моей спины, прошлась по комнате, осматриваясь, подошла к окну и распахнула шторы, впуская в комнату яркий утренний свет.

— Простите, госпожа. — покорно произнесла лисица. — Я не знала, что это вы.

— С каких это пор у Кицунэ такой слабый нюх, неспособный унюхать свою повелительницу? — брезгливо бросила Ясмин.

Девушка-лиса посопела, раздувая ноздри и нахмурилась, но так и не нашлась, что ответить.

— Да уж… Кицунэ уже не те, что раньше. Вы теряете и нюх, и хватку, как в прямом, так и в переносном смысле. Слазь с члена и одевайся. Я жду тебя внизу, в комнате для гостей.

Не дожидаясь ответа, Ясмин развернулась и вышла из комнаты, а я ещё несколько секунд постоял, задумчиво рассматривая совокупляющихся лисиц, и последовал следом за Императрицей.

В гостиной мы просидели недолго — нам успели подать чай и сладкие моти, к которым никто из нас не притронулся, выражая неуважение этому дому, если я не ошибаюсь в японских традициях, и через три минуты в комнату вошла хозяйка дома, в своей обычной, человеческой форме.

Зрелая женщина лет сорока в традиционном синем кимоно, украшенном золотом, с заколотыми в тугой пучок чёрными волосами, слегка бледным лицом и ярко накрашенными губами. Симпатичная, высокая, стройная. Обычно японки более низкорослые, а в этой сразу видна порода и звериная сила.

— Госпожа… — склонила голову женщина, замерев в нескольких метрах от нас.

— Садись! — Ясмин указала рукой в сторону дивана напротив себя, дождалась, когда хозяйка дома скромно усядется на самый край, словно это она в гостях, а не наоборот, и коротко распорядилась: — Рассказывай.

— Что рассказать, госпожа?

— Всё. И я подумаю, оставлять тебе жизнь или вырезать твой клан под корень.

— А справишься, деточка? — не смогла удержаться кицунэ, блеснув злобой в глазах и показав на секунду свои острые клычки. — Я старшая жена Аса Уро! Ты в моём доме, и ты ведёшь себя достаточно дерзко для той, которую изгнали из Японии долгих пять лет назад. Я Коу Уро, я новая глава клана после смерти мужа! А кто ты такая, девочка?

Кажется, первый шок прошёл и сейчас кицунэ достаточно трезво оценивала свои силы и своё положение.

— Слишком много «я» в твоих словах, старая. — равнодушно произнесла Ясмин.

На слове «старая», Коу тяжело засопела и непроизвольно дёрнула уголками губ. Интересно, сколько ей лет, раз она так реагирует?

— Почему я должна выслушивать твои оскорбления, вместо того чтобы просто вышвырнуть тебя отсюда… госпожа? — добавила кицунэ последнее слово с нескрываемой иронией в голосе.