30 мая 2046

— Еду не забыл? — Мышь поднялась на цыпочках и поправила мне воротник чёрной куртки. Стояли мы у калитки в ожидании группы Беляева. — Вода? Аптечка?

Я хотел было жалобно протянуть: «Ну, ма-а-а-ам», однако потом решил, что эта шутка в случае Серовых будет не совсем уместной. Тему родных с момента моего появления мы как-то старательно избегали.

— Мышь, не пищи, — я взял девушку за руку. — Это слабенькое подземелье. Тем более под контролем Иркутской Академии. Вряд ли бы тамошнего ректора погладили бы по головушке, отправляй он своих студентов на верную смерть.

Уточнять про то, что перед каждым посещением подземелья участники группы подписывают документ об отсутствии претензий к академии в случае гибели или получения травм, я не стал. Так как сам такой подписал и отправил через Беляева в юридический отдел вчера вечером.

— Всё равно. Не рискуй. Понял⁈ А то я этому вашему ректору все волосы повыдёргиваю! — Дарья угрожающе ткнула в меня пальцем, после чего бросила взгляд мне за спину. — О, кажется, это за тобой. Ничего так, солидненько.

Подхватив рюкзак, я тоже обернулся и увидел, как у ворот остановился тёмно-зелёный броневик. Машина была на шести больших колёсах, имела ломаные линии кузова и обладала пулемётным гнездом на крыше. Так что здесь я с Мышью был согласен полностью, смотрелся транспорт внушительно.

Пока я с сестрой двигался к воротам, в боку машины открылась дверца, из которой, игнорируя вывалившиеся ступеньки, на землю выпрыгнул Беляев.

— Доброе утро, Макс! — радостно поприветствовал меня Владимир, протягивая руку. После крепкого рукопожатия Беляев повернулся к Дарье и учтиво поклонился. — Доброе утро, Дарья Витальевна.

— Доброе утро, Владимир Иванович, — ответила сестра, с любопытством разглядывая парня, чья форма напоминала что-то среднее между современной мотоциклетной экипировкой и средневековыми латами. — Желаю, чтобы ваш сегодняшний поход увенчался успехом.

— Так и будет, Дарья…

— Вова, хватит расшаркиваться и строить из себя галантного кавалера, — из чрева броневика показалась голова Варвары. — Дарья, доброго утра. Не обижайтесь, но если вы сами «этого» не отпустите, то до обеда мы здесь точно простоим.

Беляев обернулся и угрожающе посмотрел на брюнетку, однако та уже успела исчезнуть.

— Тогда не буду вас задерживать, — произнесла Мышь, скрыв улыбку за ладошкой. — Мне всё равно пора идти.

Чмокнув меня в щёку и помахав рукой членам команды, выглядывающим из узких окон машины, Дарья отправилась домой, а мы с Владимиром полезли в машину.

Внутри боевой транспорт оказался действительно боевым. Я видел ролики, в которых внутренности подобных колёсных монстров переделывали чуть ли не под лимузины, однако здесь всё было предельно аскетично.