Мы шли по длинному коридору. Лампы давно не горели, а провода вообще содраны. Но в шлеме я видел, что там происходит. Следы на полу заметны, и их много. Но они уже покрыты новой пылью. Вдоль стен была нарисована красная поблёкшая полоса.

Шли мы тихо, но я никого не слышал, и даже не чуял. Даже воспользовался силой Метки, хотя и рисковал, но здесь никого не было. Хотя понятно, что демон может скрываться. Впрочем, если он и есть, то точно один, нескольким тварям спрятаться сложнее.

Не говорили, шли в тишине. Только экипировка чуть бренчала. Мимо пробежала крыса, но что у меня, что у Луццо нервы не сдали. Потом встретилась ещё тройка грызунов, и коридор на этом закончился.

В конце было несколько пустых комнат, в которых не было ничего. Никакого следа лаборатории. Луццо нахмурился, потом обошёл всё сам. Ничего.

— Она была здесь, — прошептал он. — Я видел всё собственными глазами.

Вполне вероятно, что он меня обманул. Да и то, что он безумец, было правдой. Но всё-таки, тогда не всё сходилось, особенно с этим Арсом и прочими. Это же катакомбы, здесь полно ходов, ведущих куда-то вдаль под землёй. Может быть, всё унесли куда-то ещё? Или укрыли поблизости.

— Ты тогда где-то прятался, — сказал я. — Где именно.

— В театре, — он хмыкнул.

— Наверху?

— Нет, там есть ещё один.

— Какой ещё театр? И почему молчал?

— А какое это имеет отношение к лаборатории? Это катакомбы, тут чего только нет, от храмов, до убежищ контрабандистов.

— Имеет прямое отношение, — сказал я. — Показывай.

Помещение было рядом, но туда было тяжело протиснуться. Пришлось пролазить в сломанный проход, пригнувшись, и я постоянно цеплялся за стены наплечниками брони.

Но это и правда, тут Луццо не соврал. Зал был сделан в форме амфитеатра, сидения наверху, располагались полукругом вокруг сцены. Всё из камня, всё ещё белого. На одном сидении сидела статуя женщины, которая закрывалась руками от чего-то, будто боялась.

— Это тот псих, — пояснил Луццо. — Скульптор Пальмарес, это он делает эти сраные жуткие статуи.

— Делал, — буркнул я.

Похоже, погибший скульптор был и здесь. В любом случае, это был трудолюбивый человек, потому что его статуи абсолютно везде.

А у ног статуи что-то лежало. Смятая бумага. С учётом, что больше бумаг тут не было, эта выглядела подозрительно.

Я подобрал её рукой в боевой перчатке, и расправил. Салфетка, на которой кто-то набросал короткий текст.:

«Ты же опять забудешь, что я говорил, кретин. Поэтому когда закончите с погрузкой, сам поедешь с водителями и покажешь, куда надо ехать. Новое место находится в…». Обрывается.