— Отставить! — приказал Орлов резким командирским окликом, и все парни тут же вытянулись по струнке, будто в армии. — Делаем, как сказано! Выходим! Паха, показывай, что и куда. Мы его начнём колошматить, потом уйдём. Раз так надо, так и сделаем. Только вы его точно потом закроете? — он пристально посмотрел мне в глаза.

— Зуб даю, — пообещал я. — Тут не только наше ведомство уже задействовано, как только инфу получим от него, заедет надолго.

— Да толку-то, на зоне им вольготно, — недовольно проговорил Егор. — Их воры любят, дела делают общие, коронуют даже.

— А он за такое попадёт в тюрьму, а не на зону. Там совсем другая песня, парни. Там зекам лафы нет. Весело там не будет.

— Мы готовы! — доложил Витя Орлов, оглядев остальных. — Веди!

Пара минут, и парни вышли из КБО чуть ли не строем. А меня снаружи уже ждал Турок с рацией.

— Ну так что, Паха? — он аж выпучил глаза. — Чё придумал?

— Давай нам новую точку встречи, — я показал на парней. — Такой ему спектакль устроим, не забудет.

Сказано — сделано.

Пришлось проехаться подальше, но ряженый наряд ППС снова показался на хвосте Султана, и он, решив, что ментам не хватило его денег, свернул через дворы. И когда боевик проходил между детским садом, огороженным высоким забором, и пятиэтажкой, путь ему преградил Витя Орлов с Егором, а за спиной встали Андрей с Игорем.

А я спрятался за углом, держа в руке оружие, но не газовый ПМ, а тот пистолет, который я тогда забрал у Орлова, чтобы «выкинуть». Боевое оружие. Все дело в том, что вдруг всё же боевик вооружён, и тогда выходит, что парни рискуют. Теперь я за ними присматриваю и нанести им вред не позволю.

Тем более, я здесь один, остальные на позициях, а кто-то ещё и искал мою собаку. Иногда я выглядывал из укрытия, когда был уверен, что боевик меня не заметит.

— А я тебя где-то видел, — заявил Орлов, щуря глаза.

— Не знаю, брат, — Султан остановился. — Я только сегодня в ваш город приехал. Завод хочу открывать, работа у людей будет. А то все без денег сидят.

Говорил он с акцентом, но слабым. Выражения лица я не видел, но появилось ощущение, что улыбается.

— Врешь, ара! Точно видел я тебя, — заключил Витя. — В Грозном, на самое Рождество. Мы там у дома засели, а я видел, как ты и остальные из окна по нам из «мух» шмаляли. Столько наших положили, суки!

— Брат, да я вообще не воевал! Ты что, я всё жизнь в Москве прожил.

— Ты мне не брат, — отрезал Орлов. — Не воевал, говоришь? Да чё ты мне гонишь⁈

— Гасить его надо, — прохрипел Андрей. — Пока никто не видит.

— Гасим! — приказал Витя.

Послышались звуки потасовки. Боевик был силён, но и парни не пальцем деланы, да и их больше. Надо вмешиваться, а то слишком увлекутся, ещё покалечат. Но никто не огорчится, если боевик получит больше необходимого, да и выглядеть это будет естественнее.