Если Тиамат мне удалось пронести во внутренний мир, сквозь эту решетку, то уже сам я через нее не способен пройти и дело тут даже не в размере, эта клетка блокировала суть глубоководного. Думается мне, изначально это было сделано в качестве МОЕЙ защиты, если образ глубоководного не удастся использовать.

Помимо этого, была еще одна перемычка, которая не позволяла мне раньше использовать верхний даньтянь. С помощью третьего глаза я сумел увидеть остатки массива возле верхнего даньтяня. Это была моя защита от полного перехода, которую я сломал во время битвы с Древним. Этот массив также скорей был сделан для моей защиты.

Разглядывая массив, я понял, что нечестивая техника действительно удерживает душу в теле, но она так же теперь блокирует тело глубоководного, не позволяя его использовать. Если это я еще мог понять для чего было сделано, то вот дополнительный массив, который был нанесен ПОД нечестивую печать, который по факту был неким подобием блока удаленного контроля, был здесь явно лишним.

Именно эта штука активировала мой переход в другой мир, небольшая паутинка из символов, которая плавала в клетке рядом с моей душой. Эта штука находится уже в клетке, а потому до нее нельзя добраться, не уничтожив сам запечатывающий массив. Вот только, что станет с моей душой, когда ее перестанут удерживать в этом теле? Не отправится ли моя душа прямиком в преисподнюю, как желает того Мара?

Эта незримая связь с преисподней довольно сильно тревожит меня. Что такого Один мог попросить у темной богини, что в обмен на это заложил свою душу? Ответа я не знал, а память покинула меня вместе с кусочками души, которую разорвали на части неизвестные. Только собрав свою душу или попав в преисподнюю, я смогу получить ответы.

Пока же, моя душа заложена демонической богине, которая явно делает получить свое, для чего уже посылала ко мне убийцу. Ангела. Светлое существо, которое совсем не похоже на демонов, который откуда-то меня знает, но при этом и не подумал мне ничего рассказать. Единственное, что я точно знаю, что он крайне не хотел меня убивать.

— Ангел явно не хотел, чтобы я возвращался в преисподнюю, — со смешком на лице произношу.

На секунду замерев, я вдруг понял, что сказал «возвращаться», а не, скажем, попал или переместился. Будто я действительно бывал в преисподней… В этот момент в голове стали появляться смутные образы. Они напоминали мне несвязные обрывки, поврежденные данные, которые до поры были спрятаны в моем подсознании.

Небольшая часовая мастерская. Я сижу перед разбитыми часами, пытаясь их собрать. У меня ни черта не получается…