Стреляли прямо в чистом поле, заняв свежевырытые окопы. Дальше рос лес, но от полукилометра и больше чистого пространства перед нами было. Мишени выставили на сто метров, и началась работа. Три выстрела, к мишеням, выверка прицела, проверка результата, следующая винтовка. И так по кругу. Обычно каждый боец пристреливает своё оружие самостоятельно, но кто их знает этих стрелков-затейников, какие из них попадалы. Свои винтовки таскают и ладно, а то мы совсем бы упарились. На каждого пришлось по пять стволов, вроде бы ерунда, но если умножить на количество выстрелов, неслабую отдачу и состояние оружия, то эти «весёлые старты» запомнятся надолго. После пристрелки, своё умение продемонстрировали бойцы комендантского отделения. В результате на отлично не попал никто, на хорошо один, остальные получили оценку неуд. При повторной стрельбе получилось то же самое. На хорошо отстрелялась только Петренко, видать тоже Ворошиловская стрельчиха.

— Ладно, хоть в мишени попали, теперь видно над чем работать. — Проверив результат, сказал Макарыч.

— Да эти винтовки плохо пристреляны, возмутился какой-то ботаник, я в тире хорошо стрелял. — Макарыч спорить не стал, взял у ботана винтовку и выстрелил в мишень. Тоже самое он продемонстрировал и со всем остальным оружием.

— Ну чего встали, бегите, смотрите. — Послал командир отделения своих подчинённых к мишеням, устанавливая на бруствере пулемёт и готовя его к стрельбе. Я уж грешным делом подумал — «писец котёнку…», но с поля с задумчивым видом вернулись все. Макарыч, правда, ещё не вступил в должность официально, но кто теперь командовал комендачами, было понятно. Немного постреляв из изделия имени товарища Льюиса, пулемётчик остался доволен, так что, собрав мишени, возвращаемся в расположение. Самым «метким» предстояло ещё чистить оружие за себя и за того парня, ну а мы готовились к обеду и к помойке. Банька в нашем дворе топилась уже с утра, поэтому я был в предвкушении. С пивком после бани, правда, приходилось обломаться, но два кайфа в одни руки, это уже перебор.

Сразу после обеда, первая партия отправилась опробовать пар, а я лежал на топчане и думал о вечном. Настроение мне испортил Генка, который вернулся с кухни.

— Варюха пропала. — Только и сказал он, завалившись на свою кровать.

— Давно? — ещё прибывая в своих эмпиреях, спросил я.

— Утром не вышла на работу.

— Может, заболела?

— Может и заболела, только всё равно бы пришла. Сам знаешь, сейчас с этим строго.

— Никого не посылали, чтобы узнать?

— А кто она такая, чтобы за ней посылать? Простая посудомойка, помогает на кухне.