— А я тут побуду с Фомичом и Квёлым, — продолжил Бакалавр, — посмотрим, как Жора обернётся.
— Добро, — Горлохват поднялся и пихнул локтем сидящего рядом жлоба, — давай, Бивень, харош рассиживаться, поднимай своих и на выход. Жду вас на улице…
Когда Горлохват и его люди ушли, Бакалавр развернулся к двоим оставшимся:
— Так, ребятушки, — начал он объяснять ситуацию своим ближайшим корешам, — дело пахнет керосином. Я бы даже сказал, воняет, — он ухмыльнулся и обвёл взглядом внимательно слушающих подельников.
Они работали в связке с Бакалавром уже несколько лет, и безоговорочно доверяли ему принятие важных решений.
— К Матрёне мы с вами не поёдём, — голос его звучал ровно и спокойно, — слишком уж много народу про эту хазу знает.
— А куда тогда подадимся? — спросил Фомич.
Нет, Фомич, это было не его отчество. Батюшку Фомича звали Евстратием. А кликуху «Фомич» он приобрёл потому, что не расставался никогда со своим любимым универсальным орудием, фомкой. Фомкой он мог и пиво открыть, и самый навороченный сейф.
Само собой, для вскрытия сейфов он не только фомку использовал, у него был волшебный чемоданчик, где хранились затейливые отмычки, хитрая электроника и много ещё чего. Но с фомкой своей он не расставался никогда.
— Есть у меня на примете местечко надёжное, — Бакалавр хитро ухмыльнулся, — ни в жисть никто не догадается, где мы с вами затихаримся. Только вы это, слушайте, что я говорю, и тогда у нас свами всё будет тип-топ. Ферштеен?
И да, ещё одной причиной того, почему Бакалавра звали Бакалавром, была его страсть ввернуть в разговор, как бы между делом, какое-нибудь непонятное иностранное словцо.
— Всё ясно, — ответил за себя и за Фомича Квёлый.
Квёлым прозвали его за вечно-сонный облик. Даже если он куда-то шёл, то у окружающих создавалось впечатление, что он спит на ходу. Крепко так спит.
Но это впечатление было обманчивым. Мало кто мог так же быстро, неожиданно и ловко вставить перо в бочину противника, когда он этого никак не ожидает.
— Ну, раз всё все поняли, — Бакалавр поднялся, — тогда по местам. И смотрите мне, что бы не филонить, глядеть в оба.
— Дык, понятное дело, — буркнул Фомич, протискиваясь в дверь…
— Ну, что там у нас? — я подошёл к Ня, которая не отрываясь смотрела на панель, куда транслировалось изображение с камер, установленных около входа в каморку, где Юрген организовал нычку.
— Пока тихо, — мурлыкнула икати, потянувшись за бокалом, в котором плескались отменно жирные сливки.
Нычку бандитов обнаружил Пронька, проникнув в помещение, где они хранили всяческие ништяки, через астрал.