— Ты не веришь? — взвился Овечкин, — так бабки уже на моих счетах!

— Даже так? — Юрген недоверчиво посмотрел в глаза собеседника.

— Даже так, — подтвердил тот.

— Это немного меняет дело, — прокряхтел бандит, — но подумать мне всё равно необходимо.

— Думай здесь, при мне, — зло объявил бывший бизнесмен, — да и вообще, о чём ты думать собрался? Условия то шоколадные…

— Ну, ты знаешь, я вижу большие риски оказаться в результате всего этого не в шоколаде, — Юрген невесело усмехнулся, — а в субстанции, очень напоминающей по цвету упомянутый тобою шоколад, но отличающейся от него резким неприятным запахом…

— Ну, так если мы с умом к делу подойдём, то риск не так уж и велик, — успокаивающе произнёс Овечкин, — мы ж с тобой не дураки…

— Понимаешь, Пётр Сергеевич, — задумчиво произнёс Юрген, — если мы с тобой в это дело вписываемся, то рискуем пойти по статье про государственную измену. А если нас по этому поводу искать будут, то искать будут очень и очень хорошо. И даже если у нас всё получится, то ноги унести будет не легко…

— С чего ты взял… Это… Про измену то? — растерялся Овечкин.

— А с того, что заказчик из шестой службы Союза Демократий. А это уже само по себе на измену тянет, — обоснование Юргена выглядело вполне правдоподобным, — кроме того, Антонов какие-то дела с Генштабом крутит… У него там девка крутится из военных. И это не просто так, уж поверь…

— Не знал, — крякнул Овечкин, — но это, по большому счёту, дела то и не меняет…

— Значит так, — Юрген что-то для себя решил, а потому задал собеседнику вопрос в лоб, подкрепляя свои слова тяжёлым взглядом, — сколько ты предполагаешь заплатить мне?

— Ну, — Овечкин замялся, так как, если честно, то он вообще не предполагал делиться с Юргеном. Он рассчитывал воспользоваться его услугами, а потом, когда результат будет достигнут, цинично слить, — миллионов пять-семь…

— А хи-хи не хо-хо? — злобно выплюнул Юрген, — если хочешь, чтобы я принял участие в этой авантюре, то будь добр выделить мне двадцатку. Как минимум двадцатку, — и мрачно воззрился на предполагаемого подельника.

— Побойся Бога… — начал было Овечкин.

— Господь, между прочим, велел делиться, — медленно и раздельно произнёс Юрген, — расходы по проведению операции составят, на вскидку, не более миллиона. А это значит что тебе почти тридцатник обламывается.

— Ну ладно, уговорил… — Овечкину ничего не оставалось, как сделать вид, что согласен.

Само собой, он не оставлял надежды кинуть Юргена по окончании операции и слинять в туман со всеми денежками.

— Только, деньги вперёд, — Юрген дал понять, что на слово верить не будет.