Увидел женщину и тот самый сержантик с погонялом Молодой. Парализованный ужасом, он замер, не в силах даже дёрнуться. Парой ударов Оксана хладнокровно добила раненных, после чего на пару мгновений будто зависла, оставшись стоять на месте. Молодой все это время лихорадочно пытался изготовить оружие к бою, но запутался в ремнях. Кажется, он заплакал.
Тем временем женщина, превратившаяся в монстра, дернулась, вновь придя в чувство. Дав еще несколько мгновений полюбоваться на себя, она медленно направилась вперёд.
— С-с-с-той! — хныкал неопытный полицейский, то ли приказывая, то ли уговаривая. — Сто-о-о-ой!
Это были последние мгновения его жизни. Женщина резко ускорилась, настигая свою очередную жертву. Нагнав так и не сподобившегося оказать сопротивление человека, она сделала выпад обеими руками.
Игнат вздрогнул, когда увидел, как из спины Молодого вылезли острые костяные клинки. Сержант затрепыхался, словно бабочка на иголке энтомолога, что-то захрипел и затих. Его мучения окончились быстро.
В подъезд вновь пришла тишина, но какая-то особая. Тяжёлая, словно металл, и густая, как смола, она была напитана ужасом и смертью.
Уперев ногу... лапу в грудь убитого, Оксана высвободила свои руки-лезвия из тела полицейского. Она вроде как пошла обратно к себе, но вдруг остановилась.
Медленно женщина повернула голову и заглянула прямо в глазок двери Игната. Мужчине, всё это время не отрывавшемуся от наблюдения, показалось, будто сам дьявол посмотрел на него.
Он замер и не смел даже шелохнуться, чтобы как-то не выдать своё присутствие. Кедров даже не замечал, что насквозь промок холодным, скользким потом.
Оксана подошла ближе, встав прямо у его двери. Только сейчас сноходец заметил, что, оказывается, у неё на теле минимум три пулевых ранения. Они совсем не кровоточили, больше походя на розовые точки.
Голая женщина, руки и ноги которой превратились в мутировавшие конечности... поправила причёску и постучалась.
«Ну зачем ты ко мне лезешь?» — надежды, что он просто пересидит весь происходящий ужас, окончательно растаяли в этот момент.
Тук! Тук! Тук! — снова постучала соседка, в этот раз гораздо настойчивее.
— Игнат, ну открой, — как ни в чём не бывало произнесла она. — Я уезжаю из города. Бамбика забрать хочу! Игнат, у меня нет времени.
Трудно был представить более сюрреалистичную ситуацию. На залитой кровью лестничной площадке, над трупом полицейского стояла обнажённая женщина-мутант и просила отдать ей пса.
Кедрову, однако, было не до смеха. В реальности было почему-то намного страшнее, чем в Кошмаре. Мужчина продолжал делать вид, что никого нет, одновременно готовясь к бою.