Наконец, мы доехали до особняка Хафлинстонов, демон подал мне руку, помогая спешиться, и мы вошли в дом. Мирабелла вышла меня встречать, причем была подозрительно румяна и взволнованна, а как только мы тепло обнялись, заговорщицки призналась:

- Дорогая, ты даже не представляешь, кто почтил нас своим вниманием!

- О?

- Его высочество принц Паскаль!

Твою... мать!

- О-о.

Не зная, как реагировать, я лишь изумленно округлила глаза, но Мирабелла уже сама щебетала о том, какая это высокая честь для неё - не просто принимать в гостях столь важную особу, но и потчевать, так что мне оставалось лишь мило улыбаться и кивать.

И надеяться, что пронесет!

Не пронесло.

Когда нас пригласили к столу, мы с Мирабеллой успели войти в столовую первыми, но не прошло и минуты, как сверху спустился её супруг Чезаре с сыном Аланом, а рядом с ними я увидела мужчину, который в прочитанной книге лично мне виделся весьма посредственным, откровенно невнятным и избалованным сыном правителя.

Автор описывала его, как невероятно красивого блондина с ангельским лицом и пухлыми губами, открытым взглядом небесно-голубых глаз и мягкими золотистыми локонами, обрамляющими лицо, но я увидела перед собой совсем другого мужчину.

Не в смысле того, что он был усатым брюнетом, нет.

Он был действительно голубоглазым блондином с привлекательными чертами лица. Но при этом по нему было сразу видно, что это не юноша, а мужчина, не чуждый спорта и физических нагрузок, а в глазах застыла не скука и вальяжная расслабленность, а мерцали сосредоточенность и ум.

Одет его высочество был скорее в строгую дорожную одежду, чем изысканные придворные шелка: темно-серые брюки классического кроя, белая рубашка, приталенный жилет и добротный сюртук. Без шейного платка, что, кстати, немножечко неприлично. Особенно для принца! Где его манеры, м?

Но что мне совсем не понравилось, так это то, каким взглядом он посмотрел на меня. Внимательным. Оценивающим.

Одобрительным, черт возьми!

А давайте не будем, а? Я ещё с герцогом не определилась!

К сожалению, деваться мне было некуда и когда бургомистр на правах хозяина представил меня принцу, как друга семьи, спасительницу сына и просто девушку, неравнодушную к экологическим проблемам империи, его высочество завладел моей рукой и восторженно заявил:

- Невероятно рад знакомству, леди Ровелье.

Мне в свою очередь тоже пришлось заверить, что для меня великая честь - быть представленной его высочеству лично, ну а потом мы прошли за стол, и так получилось, что нас посадили друг напротив друга.

Избежать общения не получилось бы при всем моем желании.