- Не красивее тебя, Мишель, - шепнул мне на ухо Паскаль. Его ладонь по хозяйски скользнула на мою талию и меня прижали к крепкому мужскому телу. К счастью, пока спиной. - Ты как эта нежная хрупкая кувшинка, способная раскрыть всю свою неземную красоту в правильных руках.

Ой, дайте угадаю! Мне сейчас четко обозначат эти самые руки?

- Ваше высочество. - прошептала, лихорадочно прикидывая, как бы так дотерпеть и не ударить, пока на нас не нападут культисты. - Вы такие красивые слова говорите.

На нас вообще будут нападать, нет? Я зачем сюда шла?

- Сам себе поражаюсь, - рассмеялся Паскаль, ловко разворачивая меня к себе и, продолжая одной рукой крепко удерживать за талию, а второй приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть в лицо. - Мишель.

Я точно знала, что он планирует меня поцеловать. Видела это в его глазах. Чувствовала в касании и напряжении которое разлилось в воздухе. Не могла отстраниться, чувствуя, как хватка пальцев на подбородке стала жестче, словно он прекрасно понимал, что я этого не желаю.

И всё же. Когда он склонился ко мне, я торопливо выпалила:

- Ваше высочество, что вы делаете?

- А на что похоже? - усмехнулся он, даже не думая отстраняться, но при этом замерев в миллиметре от моих губ.

- Это. Это неприлично! - продолжала шептать, чтобы только не сорваться на гневный вопль, который точно будет неуместен.

Я же трепетная дева, все дела. И по яйцам коленом не могу. Неа.

Но как же хочется.

- Мы никому не скажем, - нагло усмехнулся Паскаль, отчетливо наслаждаясь моей беспомощностью и своей властью. - Ну же, Мишель, не глупи. Я же нравлюсь тебе, признай. Куда подевалась вся твоя дерзость и решительность, малышка? Мать одобрила тебя, я в курсе. И знаешь. я сам не против. Так что же ты теряешься, м? Моя императрица.

Наивно думая, что я растаю от таких признаний и заявлений, принц впился в мои губы жадным поцелуем, словно хотел высосать мою душу, ну а мне пришлось призвать на помощь всю свою выдержку и самообладание, чтобы только выдержать эту пытку.

Да, я могла бы начать вырываться и орать “спасите-помогите”. Могла бы даже залепить пощечину. Да много чего могла бы на самом деле!

Вот только мне надо, чтобы он запомнил меня милой нежной девочкой, а не бешеной бой-бабой, против которой стоит затаить злобу. И так всё наперекосяк!

- Ваше... высочество... - прерывисто дышала я, когда он оставил в покое мои губы, начав жадно выцеловывать лицо, - перестаньте. пожалуйста. нас. могут увидеть!

- Тут нет никого кроме нас, малышка, - самодовольно пробормотал Паскаль, одной рукой крепко держа мой затылок, а второй нагло сминая юбки. К счастью, их было слишком много, чтобы он мог так запросто добраться туда, куда так бессовестно нацелился. - Ну же, перестань строить из себя недотрогу. Иди ко мне. Ну же!