* * *

Барон Химмаер сидел в старом кресле и сцепив руки домиком размышлял. Размышлял о том, какой же он был идиот, что ввязался в эту авантюру. Всё уже не просто шло наперекосяк, а вообще летело в тартарары.

Он вовсе не собирался надолго задерживаться в этом загородном домике. Но Красотку Сару которая должна была обеспечить его выезд из страны с девчонкой взяли буквально на следующий день. И это поломало все его планы. Пришлось импровизировать на ходу и обращаться к тем, к кому барон обращаться совершенно не хотел, потому что это стоило денег, больших денег. Но сейчас и эта возможность закрылась. Только что объявили о награде за информацию о девчонке, такой награде, что за неё и родная мать продаст свою дочь, не то что пара мерзавцев промышляющих контрабандой.

Конечно эти ребята заверили его, что всё в полном порядке и его ждут, но при этом один из них как-то ненавязчиво поинтересовался, не прислать ли за ним мобиль. А другой просто в лоб спросил, где тот сейчас находится. Барон был вовсе не дурак и понял, что его собираются сдать и оборвал все контакты. Хорошо ещё, что он договаривался о перевозке Зовом и отследить его было невозможно. Хоть что-то он сделал правильно.

Вот только никаких других возможностей сбежать из страны у него не было, и приходилось и дальше сидеть на месте и надеяться, что его не обнаружат. То, что это проигрышная стратегия он отлично понимал, но ничего лучшего в его голову не приходило. Связываться с графом Кауфером после той подставы, что он ему устроил с молодым медвежонком барон не хотел категорически. Граф настаивал на продолжении их, как он теперь понимал, совершенно безумного плана с посылкой отрезанных пальцев и тому подобными вещами. То, что место этих почтовых отправлений тут же будет обнаружено он не сомневался нисколько. А значит и его убежище обнаружат после этого буквально через пару дней. Нет, только не подобная глупость!

Барон решил больше с графом просто не общаться. Пусть считает, что он плотно залёг на дно.

Решив так, барон Химмаер вздохнул и подойдя к бару налил себе полстакана коньяка. Выпив его залпом и занюхав рукавом он снова сел в кресло и забылся тревожным сном.

* * *

Вот уже почти час Сергей сидел с Еленой Васильевой наедине. Но ничего неприличного в этом не было. Он просто изучал с ней псионику. Сначала она объяснила ему теорию воздействия на чужой разум и защиты от этого воздействия, а сейчас он на практике пытался применить эти знания и в качестве подопытной выступала она же.

Вот уже полчаса Елена сидела развалившись в кресле и положив ногу на ногу, что открывало отличный вид на её прелестные ножки, но нисколько её не смущало. Наоборот, это зрелище только мешало ему сосредоточится на псионических атаках её разума. Елена игриво покачивала туфелькой на ножке, а в глазах её плясали чёртики. Ему казалось, что вся эта ситуация её сильно забавляет.