Я посмотрел на бабушку и некоторое время молчал, обдумывая новый аргумент.
— Мне кажется, бабушка, я давал несколько другую клятву: защищать Российскую Империю. Но я пока не вижу врагов от которых мне нужно было бы её защищать. Россия сейчас одна из самых сильных держав мира, если не самая сильная. Её положение очень прочно, её защищают два Супера, чем не может похвастаться ни одна другая страна!
— Серёжа, ты забываешь, что в Европейском Протекторате есть три Супера, и именно они самая сильная группа псимагов на планете.
— Я это помню, бабушка. Но они, вообще, хоть раз выступали, как одна команда? Я вот не помню подобного эпизода в истории. Двадцать четыре года назад, когда Австро-Германия предъявила России претензии на Калининградскую область, и мой Дед схватился по серьёзному с Альпийским Волком, ни Сигизмунда, ни Мерлин не бросились ему помогать. Единство Большой Тройки больше на словах, чем на деле.
— Ну хорошо, тут ты, пожалуй, прав, Серёжа. Но это не отменяет того факта, что ты нужен своей Родине и обязан прийти ей на помощь по первому её зову.
— Я помню об этом. Ты хочешь мне сказать, что Императрица призывает меня на военную службу? Ведь лишь в этом случае, я должен повиноваться всем её приказам.
— Можешь считать, что да, — ответила княгиня железным тоном.
— Бабушка, ну это же смешно! У нас армия формируется на добровольной основе, а призыв осуществляется только во время военного положения. Я отлично это помню! Мы это проходили в Одинцовке. Что-то я не слышал о том, что у нас оно введено.
— Серёжа, ну почему ты так упрямишься? — спросила княгиня со вздохом. — Подумай, тебе ведь нужно научится управлять своей новой Силой. Тебе нужен учитель! И лучше, если это тоже будет Супер…
— И ты предлагаешь, чтобы меня учил Дед? Ну уж нет! Спасибо бабушка, но только не это! Лучше я попрошусь в ученики к Фримену, чем к Деду. Он же меня просто ненавидит!
— Серёжа, ты разрываешь мне сердце. Твой дедушка вовсе не ненавидит тебя, просто ты своими поступками его очень рассердил. И в данный момент всё больше и больше ухудшаешь эту ситуацию. Если бы ты вернулся и извинился…
— Может мне ещё и на коленях перед ним поползать⁈ — воскликнул Сергей гневно. — Нет бабушка, НИ ЗА ЧТО! Я не буду, ни извинятся, ни унижаться перед ним. Этот вопрос закрыт.
Елизавета Григорьевна снова вздохнула, помолчала пару секунд и сказала:
— Ты такой же упрямый, как Сашенька. Что ж, я сделала всё что могла. Можешь идти своей дорогой и дальше. Но всё же не забывай, что в России живёт твоя семья, и она примет тебя, что бы ни случилось.