Гасан Ахметович спокойно пожал протянутую руку и тоже улыбнулся, рукопожатие у него было твёрдым, но не агрессивным. Женщине Сергей просто кивнул, получив в ответ такой же кивок.

— Мне очень приятно! — произнесла Мила и протянула подполковнице руку для рукопожатия как равной. Мужчине же она кивнула так же, как это сделал Сергей.

Наконец с расшаркиваниями было покончено и они отправились осматривать хозяйство полковницы Татищевой.

В первую очередь они осмотрели ближайшие казармы, где, к удивлению Сергея, в целом был практически образцовый порядок. В Одинцовке всё было гораздо хуже насколько он помнил. И это при том, что никто перед их приходом никакого порядка бы навести просто не успел. Это внушало уважение, о чём Сергей не преминул заметить. Полковница Татищева даже слегка зарделась от такой похвалы её подчинённым и они полетели осматривать следующую казарму.

И вот там Сергей слегка улыбнувшись увидел, что перед их приходом тут явно попытались навести лоск. Но полностью не преуспели. Кое-где из тумбочки выглядывал грязный носок, да и кровати были заправлены далеко не так идеально, как в предыдущей казарме. Полковница Татищева помрачнела, поняв, что Сергей всё это заметил. А сам он задумался о том, отчего вдруг такая разница. А потом до него начало доходить в чём дело.

— Прошлая казарма была женской, да? А эта мужская? — улыбнувшись спросил он, хотя уже и сам знал ответ.

— Вы очень догадливы, ваша светлость, — вздохнув ответила полковница. — К сожалению, добиться такой же аккуратности, как у женщин, у мужчин просто невозможно. Они отменные воины и настоящие виртуозы обращения с БГСами! Разведчики! И я ими очень дорожу. Но приходиться мириться с некоторыми шероховатостями. Простите их, пожалуйста!

— Когда я учился в Одинцовке у нас и такого порядка никогда не было, — проговорил Сергей. — Так что они у вас очень даже молодцы!

Полковница с явным облегчением вздохнула. И тут подала голос Мила:

— Всё в порядке, знаете, когда я училась в Воронцовке, то у нас тоже далеко не все в комнатах поддерживали такой уж идеальный порядок. Я вот, признаюсь, просто была на подобные подвиги не способна, как и Настя. Так что всё в порядке!

Графиня Татищева улыбнулась и сказала:

— Простите великодушно, но я даже и не знала, что вы господа, учились в военных училищах. Ваше Высочество, скажите, а Лариса Исмировна Субботина всё так же преподаёт высшую математику?

— Вы её помните⁈ — удивлённо переспросила Мила. — О да! Строгая жуть просто! Я ей два раза в середине семестра тему пересдавала!

— Не вы одна, ваша светлость, не вы одна, — улыбнувшись грустной улыбкой сказала полковница. — Ладно, пойдёмте дальше.