Я качаю головой:

– Не, я уже пробовал. Пошел, значит, к человеческому психологу. А он мне: попробуйте иначе питаться. Ага, а мне, чувак, плохо от нормальной еды. Совсем. Чуть коньки не отбросил. И вообще, эти психологи нам не подходят. Спрашивает: «Вспомните, какие у вас были переживания в детстве». Все, типа, оттуда тянется. Начинает разъяснять, почему это важно. Гидеон, прикинь? Он мне объясняет теорию Фрейда. Я с ним несколько лет жил по соседству. Тот еще зануда! У меня его теория в печенках сидит.

– Помню, Ян, ты мне рассказывал.

– Ладно Фрейд со своими детскими душевными травмами. Но как я в принципе психологу буду говорить о своем детстве? Да я ему как выложу про события четырехсотлетней давности, так он меня в дурку определит. Если моих предков вспомнить! Эх, как они тогда веселились! Какие балы закатывали! Слово «толерантность» не слыхивали! Из людей кровь пили от души. Это теперь их не тронь. Видишь ли, нехорошо так с ними.

Нам приносят заказ, и я на минуту замолкаю.

– Кто из вас продегустирует вино? – спрашивает официант.

– Гидеон, давай, чувак, ты пробуй. У тебя всегда рецепторы были в этом плане лучше развиты.

Гидеон пробует, кивает:

– Годится. Граф качество держит на уровне… Да, я с тобой согласен по поводу человеческих психологов. У них и врачи тоже те еще. Мне посоветовали МРТ, прикинь. Суставы проверить. Чего их проверять? Понятно, что сотни лет на них сказываются. И стиль жизни не самым положительным образом влияет. Ну я и отказался. А врач говорит: «У вас боязнь замкнутого пространства? Не бойтесь, там есть тревожная кнопка. И вообще процедура длится минут пять – совсем недолго».

Я смеюсь. Реально рассмешил чувачок. Это у Гидеона боязнь замкнутого пространства! Да он столько в гробу пролежал, что вам и не снилось. В последний раз в девяностых дело было. Мы как раз с ним тогда познакомились. А его конкурент взял и всадил в Гидеона осиновый кол. Чувак почти десять лет лежал в замкнутом пространстве, пока мы его не нашли.

– Братан, а, прикинь, когда на анализ крови отправляют? Там медсестричка тут же в обморок грохнется, как только вонзит свою иголку мне в вену, – продолжает Гидеон. – Я всегда сообщаю, что хожу в платную лабораторию. Это ты у нас отлично придумал – открыть сеть лабораторий, которые по анализам. С людей кровь. А нам справочки нужные. Гениальная была идея! А про толерантность я с тобой согласен. Иногда сильно жалею, что нельзя некоторых покусать. Очень хочется. Просто бесят некоторые.

Да, в конце восьмидесятых меня осенило. Теперь вот сеть лабораторий и медицинских клиник. Все бы хорошо, только кризис среднего возраста замучил. Сплошная депрессия. И, как справедливо заметил Гидеон, некоторые реально бесят.